Лекарство от разбитого сердца - Анна Платунова,Мария Фир Страница 72

— Сначала с мамой, а потом… — Она тихо вздохнула. — Пришла эпидемия, серый мор. Мама умерла.

— А ваш отец?

— Я ничего о нём не знаю. Думаю, магия досталась мне от него, ведь у мамы не было дара.

— Может быть, он ещё жив, — задумчиво проговорил Мортенс и снял медницу с плитки.

— Это не имеет значения, за все годы отец ни разу не появился в моей жизни. Значит, ему было всё равно. Меня взяли к себе тётя и дядя, я выросла в большой семье. Правда, жили мы очень скромно, ведь у них пятеро своих детей. Когда я поступила в Академию Пламенного сердца, они очень обрадовались. А ваши родители?

— Они тоже умерли из-за мора, — вздохнул Дарен. — Целители и маги в столице, конечно, сдерживали эту напасть, но в наш район она всё-таки просочилась и унесла много жизней.

Он разлил кофе по кружкам, осторожно поставил одну перед Тессой и уселся рядом на диван. Целительница потянулась за ягодкой малины, и Дарен придвинул миску чуть ближе.

— Ваши родители тоже были некромантами?

Дона Коллин сунула малину в рот, а сама продолжала разглядывать начальника, словно на его лице появилось что-то новое. Дарен привычно сдвинул брови — и она улыбнулась.

— Только отец, в нашей семье дар передавался по мужской линии. Пока не родилась Милена.

— Вы уже знаете, что она унаследовала вашу магию?

— Скорее всего. Её дар ещё не пробудился, но предчувствия редко обманывают некромантов. У моей жены Лианы не было дара, а магия, вы же понимаете, стремится к сохранению и продолжению. Если бы у нас родился сын, то… Ладно, лучше расскажите, где вы проходили практику, Тереза?

Дарен подхватил с блюда кусок пирога и откусил сразу треть, жмурясь от удовольствия. Домашний пирог Мэри оказался восхитительным. Он сделал глоточек кофе и вздохнул: как хорошо.

— Вы угадали тогда, в доме престарелых. Но ещё были травмпункт и родильный дом, так что мы не только перебирали пилюли, как вы соизволили выразиться в первый день.

— Всё-то вы запомнили, дона Коллин, — усмехнулся он.

— Да, у меня хорошая память! Кстати, когда вы помогали фрее Вайлэриан, что это было за заклинание?

— Из запрещённых некромантских практик, — спокойно ответил Дарен. — Королевская медицинская комиссия не просто лишает лицензии за применение подобных методов. Они подают в суд, и нарушителю грозит заключение.

Он не заметил, как расстояние между ними сократилось. Тесса смотрела на него широко распахнутыми глазами, но в них не читалось ни страха, ни отвращения.

— Вы знаете, что я никому не расскажу. Я своими глазами видела, как вы исцелили умирающую.

— Суть проста: воспоминание блокируется магией и не оказывает прежнего влияния на сознание, вот только в исполнении всё это сложно. Можно повредить нейронные связи, лишить пациента всей памяти или разума. Поэтому я попросил вас помогать, и вы отлично справились.

Тереза опустила ресницы, словно о чём-то размышляла. Дарен невольно прошёлся взглядом по её светлым волосам, изящной шее, ключицам, что виднелись в распахнутом вороте халата. Грудь целительницы вздымалась чуть чаще, чем следовало бы — и он уловил биение её сердца.

— Жаль, что такое ценное заклинание запрещено и его нельзя применить ко всем, кого мучают плохие воспоминания, — промолвила она. — А вы как думаете, тьер Мортенс?

— Есть много других лекарств, — прошептал он. — И они вовсе не запрещены. Что с вами? Вы как будто бы волнуетесь?