Свет над Грозовым Створом - Алиса Миро Страница 75

​— Пока что... мы договорились, — я устало улыбнулась, опираясь рукой о теплую каминную полку. — Но это временно. Замку нужен "оператор". Постоянный. Иначе он снова пойдет вразнос.

​Я посмотрела на слуг. Они стояли, открыв рты, и смотрели на люстры. Страх ушел, сменившись благоговением. Свет — это безопасность. Свет — это тепло. Они больше не видели во мне "ведьму-отравительницу". Они видели ту, кто принес Свет.

​— Томас, — позвала я (голос сел). — У нас сегодня ужин. Здесь.

— Но миледи... столы пустые... скатертей нет...

— Плевать на скатерти. Тащи столы в центр. Эльза, неси посуду. Ганс пусть несет все, что есть в печи. Мы будем праздновать.

​Это был странный ужин. Мы с Виктором сидели за огромным дубовым столом вдвоем, в пустом, гулком, но ярко освещенном зале. Скатерти не было — стол просто отскребли добела. Посуда была разномастной. Еда была простой: то самое рагу из репы, остатки ветчины, хлеб и вишневое варенье к чаю.

​Но атмосфера... Камин грел спину. Люстры сияли над головой. Мы сидели не как нищие в развалинах. Мы сидели как хозяева, которые вернулись домой.

​Виктор молчал большую часть ужина. Он смотрел по сторонам, словно узнавая этот зал заново.

— Я помню этот свет, — вдруг сказал он, разламывая хлеб. — В детстве. Дед зажигал его по праздникам. Я думал, это были сотни свечей. А это... — он указал вилкой на потолок. — Это всегда была магия. А я, дурак, хотел продать люстры на металлолом.

​— Хорошо, что не продали, — заметила я, намазывая вишню на хлеб. — Без них система бы не замкнулась.

— Матильда.

Он посмотрел на меня. В его взгляде была серьезность.

— Письма Бруно. Заговор Алхимиков. Этот Свет.

Он отложил хлеб.

— Мы в большой опасности. Если "Око Бури" узнает, что мы активировали Источник... Они придут не с торговым караваном. Они придут с армией. А у меня — гарнизон в пятьдесят человек с мечами, которые только-только отмокли в уксусе.

​— У нас есть преимущество, — сказала я спокойно. — Они думают, что мы слабы. Что мы голодаем. Что Бруно всё подготовил к сдаче.

Я сделала глоток чая.

— Мы используем это. Пусть думают, что мы умираем. Мы не будем светить этими люстрами в окна по ночам. Мы закроем ставни.

А сами...

Я хищно улыбнулась.

— Сами будем готовиться. Вы — тренировать людей. Я — разбираться с этим... реактором.

Если замок может давать свет и тепло... возможно, он может давать и защиту? Барьер? Сигнализацию?

​Виктор смотрел на меня.

— Вы говорите о войне так, словно это...

— Бизнес-проект? — подсказала я. — Кризис-менеджмент, Виктор. Принципы одни и те же. Оценить риски, мобилизовать ресурсы, устранить конкурентов.

Он вдруг рассмеялся. Тихо, с ноткой восхищения.

— Я не знаю, кто вы такая, Матильда. Та женщина, на которой я женился два года назад, боялась собственной тени. А вы... вы готовы объявить войну Гильдии Алхимиков за ужином.

— Та женщина умерла, — сказала я просто. — От холода и тоски. Я решила, что со мной этого не случится.

Мы встретились взглядами.

В этом новом, ярком свете я видела его лицо отчетливо. Каждую черточку. Усталость. Силу. И мужской интерес, который теперь был смешан с опаской и уважением.

Он видел во мне равного.

И это было круче, чем любая романтика.

— Спасибо за ужин, миледи, — сказал он, вставая. — И за свет.