Случайная свадьба. Одна зима до любви - Елена Княжина Страница 83

— Вы такая чистая, Лара. А я такой грязный, — задумчиво пробормотал Вольган. — Мерзко думать о том, что вы тоже должны запачкаться. Почему Сато не заплела для вас другой нити? Откуда такая жестокость к безвинному созданию?

Скулы подергивались на его лице, щеки втягивались напряженно, очерчивая кости точеного черепа.

Глупости он говорил, лишь бы мне не обидно было. Сам стоял на сверкающем белизной сугробе, в тяжелом красном плаще, как герой-спаситель из междумирских легенд. Точно Арх Звездноликий. Горделивый, высокий, плечистый, с чистейшим серебром волос и льдом прямого, острого взгляда.

А у меня с пальцев капала тьма. Сочилась первозданная мерзость!

— Я слышала о вас только хорошее, — недоверчиво помотала головой. — Правда, студенты вас слегка побаиваются, но лишь из-за строгости и принципиальных решений. И я видела, как вы тогда… с заслоном… Все силы истратили, пальцы до черноты обморозили, чтобы защитить тех, кто под вашей ответственностью. И вовсе не из-за отчета перед Владыкой. Вы совсем не грязный.

Внимательно слушая, ректор наминал пальцами позвонки у затылка. Забирая часть боли и наполняя тело необычной легкостью.

— Вы меня плохо знаете, тэйра Хоул. Мало, поверхностно и лишь стой стороны, которую я показываю. Не делайте поспешных выводов, в моей жизни тоже хватает тьмы, — хрипло пробормотал он себе под нос. — Вам получше?

— Д-да, — покивала я и медленно распрямилась.

Боль действительно отступила. В сознании просветлело, мир вокруг обрел знакомую четкость. Можно каждую морщинку на сосредоточенном лбу Вольгана рассмотреть. И бесстыжую ямочку на подбородке.

— Тогда набирайте. Еще, — велел он строго, уводя мысли подальше от ямочки. И ткнул пальцем в соседний сугроб, еще не павший в бою с тьмой первозданной.

Уткнувшись глазами в яркий снег, я подманила стихию пальцами. Неуверенно, не особо настаивая… но в этот раз она прислушалась сразу. Так и прыгнула вверх серебряным дымом, наматываясь на ладонь.

— Умница, Лара, — похвалил Вольган и аккуратно сжал мое запястье. — Удерживайте связь, напитывайтесь… Откройтесь призванной магии. Впустите ее в себя и преобразуйте в защитную энергию. Укрепите ей тело.

— Холодно, — призналась ему, чувствуя, как снежное серебро впитывается в жилы.

— Так ведь зима. Каких ощущений от единения с материей мира вы ждали? — насмешливо бубнил ректор, выстраивая из моих пальцев причудливую конструкцию. — Вы должны быть сильной, выносливой для мрака. Эта ноша тяжела, но подъемна. Запомнили? Вот такой аркан на укрепление. Три пальца — три лепестка… Это защита. Видите, нить изменилась?

— Вижу.

Обжигающе-холодная струйка энергии сменила льдистый окрас на золотой. Втянулась в вены солнечными искрами, зажгла кожу рассветным румянцем. На кончиках пальцев-«лепестков» раскрылся призрачный цветок, и с каждой секундой он все ярче пылал магическим огнем.

— Это простейшие манипуляции, чтобы укрепить тело и искру, — шептал Вольган на ухо, стоя позади. Очень близко, как согревающий плащ, накинутый на плечи. — Я впечатлен: у вас получилось раскрыть бутон с первой попытки.

— Мама в детстве такому учила, — призналась ему тихо-тихо. — А я все позабыла, как она умерла. Папе не нравилось, что мы практикуем.

— Ваша мать была умной и одаренной, — с чувством произнес Влад и потерся подбородком о мою макушку. — И дочь выросла такой же. Хватит на сегодня, идите греться, тэйра Хоул.