Вечные Пески. Том 1 и 2 - Лео Сухов Страница 84

Впрочем, почему «как»? Они и были таковыми. Жители Песчаного круга, отребье из отребьев. И судя по уверенным движениям, грабить им было не впервой.

Плохие бойцы, неумелые и слабые. Но всё же их было много. И действовали они сообща. А вот обитатели стоянки защищались вразнобой. Паника сделала своё дело.

Впрочем, пять островков сопротивления всё же возникло. И туда, как ручьи, стекались те, кто путешествовал в одиночку или маленькими группами. Тремя самыми надёжными выглядели большие караваны, вставшие лагерем недалеко друг от друга. И один из них был тот, к которому вечером присоединился я. Его охранники, готовясь к обороне, уже рассредоточивались под прикрытием повозок.

Ещё один очаг — кучка наёмников, человек десять, которые, видимо, решили не возвращаться в Илос. Я даже мельком узнал пару физиономий: мы как-то пересекались в гильдии. Они уже вовсю дрались с нападавшими. И делали это яростно и профессионально, эффективно расчищая пространство вокруг. Рядом с ними вставали одиночки и мужчины из небольших групп, пряча близких и друзей за своими спинами.

И последний, самый неожиданный очаг сопротивления — большая группа крестьян, которые ехали в город целым обозом. Их было много, и они, видимо, хорошо знали друг друга. Сбившись в плотную толпу, они выставили вперёд дубины, вилы и простые оглобли.

Это было страшное зрелище. Десятки испуганных, но ожесточившихся людей, которые отбивались от голодных оборванцев. И пока что нищие боялись лезть в лоб на эти очаги сопротивления. Да, и среди них находились смельчаки, ну или просто дошедшие до отчаяния. Однако таких, естественно, было меньшинство.

Остальные жители Песчаного круга, как вода, обтекали островки сопротивления. И всей толпой накидываясь на одиночек: на маленькие палатки и повозки, которые не успели или не смогли примкнуть к кому-то.

Я видел, как трое нищих сбили с ног какого-то мужчину, который отчаянно отмахивался коротким ножом. Удары сыпались на него градом, его топтали ногами… Пока на земле не осталась бесформенная куча окровавленного тряпья.

Я видел, как тащили в темноту женщин, отчаянно отбивавшихся. Как пинками отбрасывали детей, пытавшихся защитить родителей. Как били и убивали мужчин, пытавшихся оказать сопротивление. Впрочем, участь тех, кто не пытался защищаться, была ещё горше: смотреть, как толпа бесчинствует над их близкими. Выдерживали не все.

Многие костры, служившие единственным источником света, были затоптаны. Тени плясали в полумраке, делая происходящее похожим на кошмар из преисподней. В этой давящей, кровавой темноте и разворачивалась битва за выживание.

Старший караванщик, заметив меня с топором и щитом в руках, на мгновение отвлёкся от управления обороной:

— Ты чего пришёл? Не твоя война!

— Вы разрешили переночевать мне и тем людям, — ответил я. — Значит, я помогу.

Караванщик смерил меня взглядом, полным усталого понимания. Он ничего не сказал, только махнул рукой: мол, делай что хочешь. И повернулся, чтобы снова раздавать команды своим людям, перестраивая оборону. Ко мне вопросов больше не было.

Бегущие в ужасе люди проскальзывали между телег, вбегая в наш защищённый круг. Охранники вставали у каждого из проходов внутрь. Несколько лучников забрались на телеги, чтобы вести оттуда стрельбу. А следом, из темноты, у нашего лагеря показалась толпа нищих…