Вечные Пески. Том 1 и 2 - Лео Сухов Страница 85

Том 1

Глава 17

Всё произошло с пугающей быстротой. Вот последние соседи по стоянке вбежали за повозки. Вот охранники встали в проходе, а лучники начали спускать тетивы. А толпа нищих с рёвом и гиканьем уже нахлынула на лагерь каравана.

Охрана встала стеной, отбивая яростные беспорядочные удары. Наёмники работали молча, экономно, выверенными скупыми движениями.

В воздухе запахло кровью и потрохами, выпущенными на песок. В узких проходах между телегами профессионализм охраны играл решающую роль. Я пока не вмешивался, глядя на то, как земля покрывается трупами нападавших. Рано или поздно обитатели Песчаного круга сообразят, что на этот лагерь лезть в лоб нельзя.

Я даже отошёл к повозке, на которой не было лучника. И, естественно, дождался. Четверо прытких молодчиков, пользуясь суматохой, вскарабкались на мешки с грузами. И теперь готовились спрыгнуть внутрь нашего периметра. В самое сердце лагеря, где метались в панике спасшиеся соседи по стоянке.

Я притаился в тени, дожидаясь удобного момента. И, когда первый нищий прыгнул вниз — нанёс удар прежде, чем он приземлился. Нападавший меня не видел, пока не стало слишком поздно. Я не стал мудрить. Короткий, мощный взмах снизу вверх.

Лезвие топора воткнулось ему в пах, вскрыло тазовую кость и, не встречая дальше серьёзного сопротивления, прошло вверх, к середине живота. Он не закричал, лишь издал короткий, удивлённый выдох, полный страдания. После чего рухнул на бок, обливая песок тёплым и липким.

А вот его товарищ уже приземлился. И твёрдо стоял на ногах. В руках у него было короткое, наскоро заточенное копьё. Явно не собственное, а трофейное. Он тут же бросился на меня, отчаянно пытаясь проткнуть этим копьём. Я принял удар на щит, уводя в сторону остриё, а сам в это время выдернул топор из первого противника. После чего сделал резкий шаг вперёд, быстро сокращая дистанцию.

Рубить так неудобно. Однако у отцовского топора имелся шип на конце. Им-то я и ткнул врага в лицо. Попал в глаз, вонзив шип на всю длину. Мы отшатнулись одновременно. Я, чтобы освободить оружие. Он — в последней попытке спасти жалкие мозги. Не спас.

Тело второго врага ещё падало на землю, четвёртый — готовился спрыгнуть с телеги. Ну а третий, видя печальную участь товарищей, с криком швырнул в меня камень. И сам, одновременно с этим броском, кинулся вперёд, выставив перед собой длинный нож.

Камень, глухо ударив в мой щит, отскочил. Нож я встретил топором: отбил клинок вниз, зацепился крюком за упор перед рукоятью — и со всей силы дёрнул. Нападавший, потеряв равновесие, начал падать, тут же «провалившись» мне под руку. Я не стал церемониться. Короткий замах, и обух топора обрушился ему на затылок, пробивая кость.

Нищий рухнул, как подкошенный. А я подумал, что будь он поздоровее, и у него выдался бы шанс меня достать. Но, видно, мой противник растерял реакцию в парах алкоголя или дурмане.

А ещё я подумал, почему никак не нападает последний враг. Резко развернулся, но он, оказывается, сдался, так и не вступив в бой.

Этот четвёртый был молод, почти мальчишка. Увидев, что стало с его товарищами, он замер, прижавшись к повозке. И теперь судорожно пытался найти, за что бы ухватиться, чтобы побыстрее забраться обратно.

Увидев, что я обратил на него внимание, он затрясся и выдал какой-то долгий то ли стон, то вой. Его глаза округлились от животного ужаса. А потом он свалился вниз, на колени, подставляя спину.