Тени Нового Орлеана. Сердце болот - Лера Виннер Страница 9

— Просто представила, что стало с твоей Дарлой при виде айфона.

— Ооо, едва ли! — он все же рассмеялся негромко и тепло, и снова почесал Герду за ухом. — Знаешь, наверное самым удивительным было само перерождение. Я хотел уйти с ней, но думал, что это так и будет: кровь, сырость, холод, могильная грязь, а мир оказался удивительным. Таким огромным. Как будто ему добавили красок и звуков, наполнили смыслом. Я долго этого не осознавал. Пожалуй, до тех пор, пока не увидел тех, кого знал при жизни, постаревшими. Они менялись, слабели, понимали, что их время уходит, а я оставался прежним. Когда понимаешь, что в твоем распоряжении Вечность, это… Удивительное чувство.

Пальцы в волосах больше не двигались. Роланд говорил, глядя в потолок, словно сам прислушивался к каждому своему слову, припоминая попутно нечто для него самого неожиданное.

Герда замерла, боясь перебить или помешать. Нарисованные им картины оживали перед глазами, вызывая смутную, граничащую с завистью тоску и восторг, на деле наверняка являвшийся лишь бледной тенью того, как видел окружающую его жизнь Роланд.

— Извини. Кажется, меня понесло, — он приподнялся, коснулся губами ее затылка, извиняясь.

Герда повернула голову, уперевшись подбородком ему в грудь.

— Мне понравилось.

Роланд погладил пальцами ее лоб, немного нахмурился, как будто пытался поймать ускользающую ассоциацию, опустился кончиками пальцев на губы.

— Рассвет близится. Мне скоро нужно будет уходить.

Она села, стараясь не выдать своей досады ни вздохом, ни взглядом.

— Гера.

— Я не могу спать рядом с тобой, я помню. Но что-то мы ведь еще можем успеть?

Досада схлынула, и она скользнула ладонями по плечам Роланда, приподнялась, чтобы оседлать его бедра.

— Или перед самым рассветом вампирам противопоказано?

Роланд улыбнулся ей немного пьяно, и это короткое движение его губ подействовало, как команда «Фас!».

Он уперся ступней в матрас, чтобы предоставить Герде опору в виде своего колена, и та с радостью ею воспользовалась, опускаясь сверху, застонала сквозь прикушенные губы.

Было хорошо. Хорошо настолько, что хотелось саму себя прямо здесь и сейчас отхлестать по щекам, приводя в сознание.

Ощущение наполненности стало настолько ярким, таким нужным, что от этого хотелось смеяться и плакать одновременно.

Она никогда не была повернута на сексе, ни разу не сходила с ума от ощущения пустоты внутри. Роланд же сломал что-то в этой схеме, заставил не то чтобы пересмотреть взгляды…

Приподнимаясь и почти соскальзывая, чтобы тут же снова впустить его в себя до конца, Герда думала о том, чем он, черт возьми, такой особенный? Почему именно с ним, именно на нем где-то глубоко внутри рождалось чувство завершенности, откровенно идиотская мысль о том, что нашла свое место в жизни — на его члене…

Склонившись, чтобы поймать губы Роланда своими, она тихо простонала в поцелуе, когда движение внутри получилось особенно удачным.

Роланд подался навстречу, отвечая на этот поцелуй, и быстрым ловким движением подложил вторую подушку себе под спину, прежде чем откинуться снова, легонько шлепнул Герду по бедру, призывая не останавливаться.

Она задохнулась. Замерла ненадолго, а потом снова начала двигаться, постепенно подстроившись под такой угол, приспособившись, чтобы продлить процесс настолько, насколько это в принципе возможно.