Как достать Кощея - Ольга Пашнина,Анна Одувалова Страница 90

Вот так дела. Пока я раздумывала над экологической катастрофой сказочного леса, бабуля вовсю вела свою личную войну с несуществующим романом Аленки и Кощея. Только когда успели-то подставиться, горемычные?

— Бабуль, я тут вспомнила… Мне к Лебедяне надо, на примерку к свадьбе. Ты тут без меня пока прогуляйся, воздухом подыши. Я мигом!

Не дожидаясь ответа, я развернулась и пустилась бежать в сторону владений Кощея так быстро, что снег из-под валенок летел комьями. И в библиотеку я влетела, как ураган, сметающий все на своем пути, – даже Лихо, встретив меня в коридоре, испуганно отпрыгнуло в сторону.

— Что вы наврали бабушке?! – запыхавшись, выпалила я и застыла на пороге.

За массивным столом, заваленным свитками, книгами и перьями, сидела Аленка. Слегка испуганная и даже как будто потерянная. Кощей, откинувшись в кресле, с менторским видом на нее взирал.

При виде меня Аленка подскочила.

— Василиса… ой… а ты что тут делаешь?

— Что я делаю в замке у своего жениха?

— Согласна, глупость сморозила.

— Или он уже не мой жених?

Лица обоих вытянулись. Аленка и Кощей напоминали нашкодивших котов. Даром что один – темный властелин, а вторая – девица с топором, которую весь лес боится.

Кощей тяжко вздохнул.

— Чудище, не ругайся. Мы пытались все исправить.

— Исправили?

— Нет, только хуже вышло.

— Еще хуже? – Я чуть не взвизгнула. – Нет! Не хуже! А просто кошмарно! Бабуля теперь грозится не пускать Аленку в сказочный лес!

— А как… А куда ж я…

— А раньше надо было думать! Только когда выяснится, что за Кощея не ты, а я замуж собралась, уже меня выгонят! И буду жить… Да даже с мавками в озеро не пустят! Выпрошу у Мораны обратно избушку и там поселюсь.

Этот лес был моим домом. Последним оплотом настоящего волшебства. Местом, где я наконец нашла свое призвание.

— Аленка, – мрачно произнес Кощей, – сгинь.

Подружка шустро метнулась к выходу. У дверей спохватилась, вернулась за топором – и унеслась, только шаги в коридоре и слышались.

Я стояла, сжимая кулаки, пытаясь сдержать подступающие слезы. Глупо, конечно, плакать из-за лжи, которую сама и нагородила. Но нервы были на пределе.

Кощей медленно поднялся из-за стола. Он подошел ко мне, и его длинные пальцы легли на мои сжатые кулаки, мягко заставляя разжать их.

— Чудище, – его голос прозвучал неожиданно тихо, без привычной язвительности. – Дыши. Никто тебя никуда не выгонит.

— Бабуля…

— Твоя бабка – грозная старуха, сам побаиваюсь, но против клятвы, данной в Нави, не попрешь. Ты моя. А что мое – то никому не отдам. Ни злато, ни девицу. – Он приподнял мою голову за подбородок. Его глаза, обычно серые и насмешливые, сейчас были серьезными и… лучились теплом. – Если Яга вздумает тебя выгнать, будешь жить здесь. Со мной. В моем лесу. В моем замке. И никто – слышишь, никто! – не посмеет тебе это запретить. Ну, кроме меня. Но я уже понял, что с тобой проще договариваться, чем воевать.

В его словах была такая непоколебимая уверенность, такая твердая сила, что страхи начали таять, словно снег под первым весенним солнцем (которое как раз и не спешило навещать наш лес).

— У тебя библиотека пыльная, – хныкнула я, чувствуя, как к горлу подступает комок.

— Привыкнешь. – Уголки его губ дрогнули в едва уловимой улыбке.

Он наклонился ко мне. Медленно, давая время отстраниться. Но я не стала. Я замерла, завороженная его близостью, его запахом – старых книг, древесной смолы и чего-то неуловимого, но теплого и приятного.