Медвежий капкан. Травница - Александра Неярова Страница 91

После обрядовых слов Ярослав, широко улыбаясь, хлопнул воеводу по спине и крикнул:

— Ну, брат, теперь держись! Семья – она и счастье, и хлопоты!

— С такой женой и сыном не пропаду, – отозвался Ивар, касаясь горячими губами моего лба в целомудренном поцелуе. Большего, к сожалению, на людях мы не могли себе позволить.

Однако ночью, когда мы останемся в тереме воеводы наедине…

О-о-ох! Я видела, как пылали страстным обещанием ласк глаза моего сурового медведя. И у меня внутри всё сладко сжималось в предвкушении.

— Скоро, – шепнул искушающе, растянув в понимающей ухмылке порочные губы, и вдоволь любовался моими покрасневшими щеками.

Я подалась к нему ближе, пряча горящее лицо на его груди, слушала, как ровно, сильно и часто бьётся сердце мужчины. Ветер развевал наши волосы, а солнце грело спину, словно обнимая.

Не это ли есть истинное счастье?

Увеселения продолжались до самого вечера. Народ разошелся не на шутку, ударился в различные игрища, везде звучал звонкий смех, а в воздухе пахло ароматами праздничных яств.

Мы с мужем отошли к лесному роднику, чтобы перевести дух и полюбоваться на марево заката. Как покой празднества нарушил внезапный гонец.

Молодой парнишка примчался на поляну на взмыленном коне и, едва переводя дыхание, объявил:

— Князь Изяслав прибыл! Желает присутствовать на торжестве и видеть молодых!

Я невольно вздрогнула. Изяслав – князь Залесья, чей обоз был разграблен, и чья земля пострадала от мора, насланного Желанной. Вспомнилось, как он просил помощи у Ярослава… и получил отказ.

Что ему нужно в такой день? Зачем он хочет видеть нас?

Ивар нахмурился, стиснул мою ладонь.

— Не бойся. Что бы ни случилось, я буду рядом.

Изяслав въехал на площадь верхом, в сопровождении небольшой дружины. Одет князь был в тёмно‑зелёный кафтан с серебряной вышивкой по вороту и рукавам, на поясе висел короткий меч в ножнах. Плечи укрывал подбитый мехом плащ корзно.

Князь спешился, окинул взором пирующих. Меня искал?..

Ярослав вышел вперёд:

— Добро пожаловать, Изяслав Радимич. Мы не ждали тебя, но рады видеть.

Князья о чём‑то тихо переговорили, а после Ярослав повёл гостя в нашу с Иваром сторону – подальше от лишних ушей. Гридни предусмотрительно отделили нас четверых строем от остального веселившегося народа.

Изяслав кивнул Ивару, затем посмотрел на меня и промолвил охриплым, будто от переживания голосом:

— Ты не узнаёшь меня, Таяна?

Я замерла. В его чертах не было ничего знакомого, но что‑то в интонации, в манере держать голову…

На вид ему было около тридцати семи лет, но годы правления уже наложили свой отпечаток: в чёрных волосах уже пробивалась седина у висков, а на лбу и вокруг глаз залегли тонкие морщины. Лицо у князя было вытянутое, с высокими скулами и волевым подбородком, нос прямой, чуть с горбинкой. Взгляд острый, цепкий и изучающий.

— Нет, – ответила я тихо. – Но чувствую, что вы знаете меня.

Изяслав улыбнулся с какой‑то тихой грустью и произнёс то, отчего моё сердце в клетке рёбер пропустило удар:

— Потому что ты – моя кровь.

Слова повисли в воздухе, как раскат грома.

Я почувствовала, как земля уходит из‑под ног. Ивар тут же обнял меня за плечи, привлекая к своему боку. Мрачно свел брови к переносице и настороженно стребовал:

— Объяснись, Изяслав Радимич.