На два импульса - Амалия Мо Страница 94

Пальцы скользили по ткани, но толку не было. Тео наслаждался происходящим. Его голос смешивался с шумом в ушах, искажал звуки, лишал опоры.

В этот момент вспышка света прожгла темноту. Я едва могла поднять взгляд.

Логан? Он увидел, что мне не удалось вызвать помощь?

Сил не оставалось, но я всё-таки увидела, как Тео отшвырнули к дереву. Кто-то прижал его к стволу, а в следующую секунду хруст ломающихся костей. Чья-то сильная рука буквально прорвала кожу, и пальцы вцепились в кадык, выдёргивая его и отбрасывая в сторону, как ненужную деталь в испорченном теле. Кровь взметнулась в воздух алым фонтаном, рассыпаясь тяжёлыми каплями и оставляя за собой багровые росчерки.

Зрение двоилось, но я разглядела глаза. Ярко-зелёные. Не Логан. Это был не он… Но этот взгляд пронзал. Живой. Реальный.

Последняя галлюцинация перед смертью. Что ж… Жестоко, но справедливо. Кажется, я попыталась улыбнуться, но это уже было неважно.

Я умирала.

Жизнь проиграла битву со смертью.

Сирена…

Она завывала где-то над головой, вторгаясь в тишину, требуя вернуться.

Потом голоса. Торопливые, сбивчивые.

Свет резал глаза, слишком яркий, слишком белый.

Потолок дрожал, двигался, сменялся новыми мелькающими лицами в голубых халатах.

Металл лязгнул… кажется, носилки врезались в дверной косяк.

Кто-то заорал:

– Сильная кровопотеря, гиповолемический шок! Артериальное давление падает!

Я слышала это издалека, но понимала, они говорят обо мне. Кто-то касался рук, кто-то рвал одежду. На миг меня накрыла плотная, давящая тьма. Потом снова вспыхнул свет. Снова испуганные лица надо мной.

– Ножевое ранение в брюшную полость. Похоже, задето малое сальниковое пространство, но крупные сосуды и органы целы!

Провал, и вновь движение и крики, возвращающие в реальность.

– Теряем её. Пульс нестабилен…

Холод касался груди, ещё что-то липкое и гель под электродами. Разряд прошёл через тело, выгнув позвоночник. Я не закричала, воздуха в лёгких не было. Только оглушительный стук, как удар железом о кость.

– Двести! Быстро!

Снова вспышка. Сердце сорвалось с места и на секунду начало биться, а потом…

Очередной провал и тишина.

Но в этой тишине было что-то постоянное. Я чувствовала, как кто-то сидит рядом. Тепло, давление пальцев на моей ладони и голос – низкий, жёсткий, живой.

– Не вздумай умирать…

И я послушалась, словно знала, что не имею права оставлять его одного…

Свет, пробивающийся сквозь жалюзи, ослепил до боли. Я застонала и отвернулась. Чёрт. Почему возвращаться к жизни так же болезненно, как умирать?

Губы пересохли, и я облизнула их, ощущая языком шершавость.

— Кая, милая! – голос папы заставил поднять на него взгляд и сосредоточиться.

Он выглядел очень плохо. Исхудавшее лицо, сероватая кожа и круги под глазами, ставшими двумя безднами, состоящими из печали.

— Па-а… – звуки походили на скрежет, царапающий горло.

Хотелось улыбнуться от понимания, что я уже не первый раз на больничной кушетке. У меня что, такое клише? Но ситуация не располагала к шуткам.

На глазах отца выступили слёзы, скатывающиеся по щекам.

— Это я виноват! Зачем я только позволил тебе остаться с этими монстрами?! Вот к чему это всё привело!

Я принялась мотать головой. Если бы смогла, переубедила его или хотя бы подбодрила, но сил говорить просто не было.