Развод в прямом эфире - Анастасия Ридд Страница 34

— Раньше тебя они не задерживали, — обиженно протягивает Роман.

— С некоторых пор все изменилось. Тебе ли не знать, — пожимаю плечами, надевая свои любимые сережки.

— Я ведь мужчина, в конце концов! — гневно бросает муж, с грохотом захлопывая ящик с галстуками.

— Так и будь им, — спокойно отвечаю я. — И дай мне время, хорошо?

— Время на что? — не унимается он.

— Тебя простить, — я резко оборачиваюсь. — Ты сколько угодно можешь бить себя в грудь, говоря о том, что ты мне не изменял, но только правда мне известна. Ты же видишь, я не ухожу от тебя, я продолжаю жить с тобой, несмотря на все гадости, которые сделал ты и твои любовницы.

— Мои любовницы? Что за бред ты несешь? — удивленно восклицает муж.

Как же правдоподобно играет свою роль мой ненаглядный супруг! Актер, ни дать ни взять.

— Ром, я так устала что-то доказывать и спорить с тобой, — произношу на выдохе, выходя из гардеробной. — Ты искал синий галстук? Он на кровати. Надевай его и отправляйся в свою командировку.

— Куда ты так вырядилась? — летит очередной вопрос.

— Вырядилась? — прыскаю от смеха. — Ром, перестань, ладно? Тебе не идет роль ревнующего мужа.

Я спускаюсь в кухню и беру ключи от машины супруга. Бросив их в сумочку, делаю кофе и сажусь за стол, размышляя о предстоящем дне.

С момента выписки прошло почти две недели, и я наконец возвращаюсь на работу. Сегодня у меня всего два клиента, и оба они записаны на стрижку. На сложные окрашивания я пока решила не брать людей, так как эта работа занимает много времени. К концу месяца планирую окончательно войти в строй и вернуться в полный трудовой режим.

Но в эти четырнадцать дней я не сидела без дела. Каждый день вместе с Ромой я ездила в офис, разбирала финансовые документы за прошлые периоды и проводила анализ поступлений, продаж и движений товаров.

Дела в компании папы действительно идут, мягко говоря, не очень. Продажи упали почти в два раза, а некоторые крупные, занимающие весомую долю оборота, вдруг перестали работать с компанией и ушли к конкурентам. Сейчас фирма моего отца держится по большей части только на мелких покупателях. Рома называет это обычным кризисом, через который проходят все «акулы» бизнеса, и все бы ничего, но его чрезмерное спокойствие настораживает.

— Ты собираешься ехать на моей машине? — за спиной раздается хриплый голос моего мужа.

— На твоей. Моя же всмятку, ты забыл?

— Я не забыл. Просто я планировал ехать на ней в аэропорт, — глухо произносит Рома.

— В аэропорт? И кто ее оттуда заберет? — выгибаю бровь в недоумении.

— Я попросил бы кого-то из коллег, — в голосе слышится неуверенность. Рома лжет. Бьюсь об заклад, мой муж едет в командировку не один.

— Лучше попроси кого-нибудь тебя отвезти. Машина у нас теперь одна, и мне она сегодня будет нужна. Детей забрать, за продуктами съездить, в больницу еще, — перечисляю задачи, но, увидев недовольное выражение лица супруга, я задаю вопрос: — Что-то не так?

— Все так, Алёна, — кивает. — Ну что ж, мне пора.

— Хорошей дороги, — отвечаю я, не отрываясь от кружки с кофе.

Еще несколько секунд мой супруг стоит на месте, вероятно, ожидая от меня каких-то действий, но я не реагирую. Честно говоря, мне неприятно даже само его присутствие рядом. Я не представляю, как смогу выдержать еще месяц-другой в таком режиме.