Пташка Барса - Ая Кучер Страница 52

— Да, щас разберусь.

Доносится голос Барса! Это точно он, ни с кем не спутать! И он двигается в мою сторону.

Черт. Да этого мужлана нужно было не Барсом назвать, а Питбулем! Чует добычу лучше любой гончей.

А я себя оленем чувствую, которого ослепило фарами. Замираю и не знаю, как теперь выкручиваться.

Резко захлопываю дверь, будто это хоть что-то даст. Ага. Особенно если учитывать, что моя нога – это теперь не конечность, а дохлая форель.

Сбежать быстро не получится. Я не успею. Я просто не успею! Глаза лихорадочно мечутся в темноте, выхватывая очертания. Что-нибудь!

Что угодно! Стена, ящик, мусорка! Я сейчас на всё согласна!

Взгляд натыкается на пластиковую синюю бочку в конце переулка. Я спешу к ней.

Прыгаю на одной ноге, стараясь не завалиться. Представляю, как Барс будет ржать, если увидит меня такой.

Я стаскиваю крышку с бочки. Она тяжёлая, будто нарочно не хочет, чтобы я спаслась.

Заранее поморщившись, я заглядываю внутрь. Ожидаю там всё что угодно. От мусора до расчленёнки.

Но внутри – почти пусто. Немного зерна какого-то. Господи, да хоть гвозди бы там были. Я бы влезла!

Не даю себе обдумать это, а сразу забираюсь. Потом, в тесноте, прикину, какая это ступень безумия.

Я забираюсь в бочку, стараясь устроиться в маленьком пространстве. Прижимаю к себе колени, сгибаясь калачиком.

Кое-как ставлю крышку обратно. И в этот момент раздаётся скрип двери. Голос Барса звучит ближе.

— Без вопросов, – бросает он. – Базарить прилично я умею. Сейчас всё решим.

Вот же обманщик! Не знает он, что такое приличия.

Но меня это не волнует. Пусть базарит хоть с Папой Римским, лишь бы не вернулся и не выволок меня отсюда за шкирку.

Я замираю, не дышу. Каждая клетка в теле дрожит, сжимаясь от страха. Липкий страх душит, мешая вдохнуть полной грудью.

Мне кажется, что я буквально чувствую, как мои рыжие волоски окрашиваются в седину от страха.

Я пытаюсь чуть удобнее устроиться. Сгибаю здоровую ногу, вторую – аккуратно прижимаю, чтоб не задеть. Щиколотка ноет, как капризная старушка в автобусе: и сесть ей не так, и люди все мешают.

Руки затекают, спина ноет, а в нос лезет пыль с привкусом зерна и безысходности.

И тут бочка начинает крениться в сторону. Я только успеваю вцепиться в края, как всё летит к чертям! БУХ!

Мир резко переворачивается. Я бьюсь об асфальт. Точнее, об бочку, которая ударилась об асфальт.

Но всё равно больно и неприятно. Радует только то, что крышка от падения не слетела.

Это хорошо.

А вот плохо то, что бочка начинает катиться.