После развода. И даром не нужен - Елена Попова Страница 67

— Ты знакома с Оксаной?

— С к-какой еще Оксаной?

— С этой! — не отводя от нее взгляда, указываю пальцем на фото.

— Это н-не Оксана... Это... Это моя подруга Люда.

— Люда? — сжав кулаки, медленно надвигаюсь на нее. — Ты за идиота меня держишь? Думаешь, я ее не узнал?

На фото Оксана действительно еще совсем молодая, и за эти годы она очень сильно изменилась: раньше была блондинкой с длинными волосами, а теперь же — жгучая брюнетка, и волосы до плеч. Сразу можно и не понять, что это она, но ее выдают родимое пятно на левой руке и фирменный кошачий взгляд, который я сразу узнал. Подхожу к Марго и хватаю ее за горло.

— Так это ты та самая подружка, которая вместе с ней орудует, — цежу сквозь плотно сжатые зубы. — И сегодня она с тобой разговаривала по телефону, обсуждая твой отпуск! Отпуск, — сильнее сжимаю ее шею, — который был оплачен моими деньгами!

— Не понимаю, о чем ты, — хрипит она. — Отпусти, мне больно. Задушишь! — вцепляется в мою руку.

— Ты вместе с этой сукой меня обчистила! — Впиваюсь пальцами в ее подбородок, грубо поднимаю его и заставляю смотреть прямо в глаза. — Не строй из себя невинную овцу, я все знаю! — отталкиваю Марго так, что она ударяется спиной об стену. — Я засажу тебя, — изрекаю металлическим голосом. — Обе сядете!

В этой ситуации я должен был промолчать. Сделать вид, что не заметил фото, и что будто бы ни о чем не подозреваю, но не смог справиться с нахлынувшими эмоциями. Меня разрывает на части. Две крысы были прямо у меня под носом, а я в упор их не видел.

— Саш, я честно...

— Заткнись! — Марго вздрагивает словно от раскатов грома и прижимается к стене, глядя на меня расширенными от ужаса глазами. — Оксана давно на прослушке, — вру я, решив сменить тактику. — И на мушке у Пылаева. Помнишь такого? Мой друг детства, лейтенант полиции Пылаев. Только он давно уже не лейтенант, а генерал-майор, который лично взялся за это дело. Мы знаем, куда она дела деньги. И она вот-вот сядет. Оставалось только выйти на ее подельников. И сегодня я это сделал.

Я хватаю ее за предплечье и толкаю к двери.

— Собирайся! Поедешь со мной в Москву.

— Саша, пожалуйста, не надо.

Марго торопливо закрывает дверь, прижимается к ней спиной, и держит ее обеими руками.

— Умоляю тебя, не делай этого, — задыхаясь от страха, тараторит она. — Я не хочу в тюрьму. Я... я же совсем мало взяла. Совсем чуть-чуть, честное слово. Мне заплатили только за наводку. И я понятия не имею, как и куда они переводили деньги. И сколько было денег я тоже не знаю.

— За наводку?! — ударяю кулаком по двери в сантиметре от ее головы. Смотрю на следы крови, оставшиеся после удара, и нависаю над Марго. — Ты бросила сына, когда он был грудным, и ни разу за все эти годы не поинтересовалась, как он, где он. Мы с женой поднимали его на ноги, кормили, одевали, пока ты гастролировала по всему миру, и теперь вместо благодарности ты навела на меня мошенников?!

Я готов убить ее прямо здесь и сейчас. Но тогда мне придется отмотать срок из-за этой продажной твари. Беру ее за затылок, сжимаю у корней волосы и откидываю голову.

— Ты разыскала Глеба для того, чтобы приблизиться к нашей семье? — со злости дергаю на себя. — Никакие материнские чувства в тебе не просыпались. Ты просто использовала его.