Однолюб. В руках бандита - Дана Блэк Страница 77

Одна из спален. На окнах электронные жалюзи, которые опущены, чтобы девушка не видела, что находится за окном и не знала, где находится. Горит неяркий верхний свет, широкая кровать застелена белым покрывалом. Рядом стоит сервировочный столик с нетронутой едой.

Вика нервно ходит из угла в угол.

На экране мелькают длинные русые волосы, тонкая фигурка рваной походкой рассекает комнату, и с определенного ракурса кажется, что там не она, а Ксюша.

От такого видения у меня закипает кровь.

Я не должен был привозить ее сюда.

Но и отказать главному не имел права, собственное мнение я могу в задницу засунуть, пока не истечет мой срок работы на казино или пока дряхлый Сергей Петрович не отправится в мир иной.

И все же.

Это Вика.

Посажу ее в клетку над рингом - и о взаимности ее сестры могу не мечтать.

Да больше - Ксюша захочет меня убить.

— Нервная какая-то девица, - Сергей Петрович облизнул сухие потрескавшиеся губы. - Пусть ей перед боем что-нибудь вколют. А то если брыкаться начнет и гостя поцарапает, не дай бог...

Щелкнул мышкой и картинка на экране погасла.

Со спинки стула сдернул куртку и молча двинулся к выходу.

— Андрей.

— У меня дела, - бросил, не оборачиваясь.

— Вижу, ты какой-то без энтузиазма.

Остановился в дверях.

Главный продолжает в кресле раскачиваться, словно на качелях. Смотрит на меня пытливо.

— Ручаешься, что все пройдет гладко, Андрей? - он сощурился и закурил новую сигарету. - Помнишь, что должен мне?

Повисла пауза, в тишине слышно, как потрескивает зажженная сигарета. Главный выжидающе смотрит.

— Помню, - коротко подтвердил и вышел за дверь.

восемь лет назад

Из-за дождя землю размыло, лопаты с чавканьем погружаются в жидкую грязь.

Кладбище и в солнечный день радости не вызывает, а сейчас, когда небо затянуто тучами и моросит мелкий холодный дождь хочется одного - чтобы тебя закопали, как всех здесь, чтобы не осталось внутри ничего - ни вины, ни ненависти.

Ничего.

Стою один, не считая рабочих.

Попрощаться никого не позвал - и без них тошно.

Вот такой этот день - я и она.

— Да, такое большое горе, - вздохнули рядом.

Без интереса покосился налево.

— Все мы там будем, - глубокомысленно изрек Сергей Петрович, приблизившись ко мне. Поднял глаза к черному широкому зонту, что держит над головой. - Увы.

Промолчал.

На красный гроб с лопат летит грязь, я в синяках и ссадинах, с сигаретой в зубах, качаюсь от недосыпа и водки.

Я хотел быть здесь один, ведь только мне одному она была важна.

Больше у нас никого не было.

— Так бывает, Андрей, - назойливо вещает Сергей Петрович. - Даже большим деньгам иногда не под силу спасти наших близких. Но ты сделал все, что мог, - он хлопнул меня по плечу.

Дернулся, его руку сбрасывая.

Да, я сделал.

Едва не умер там, на ринге, зубами выгрызая деньги маме на операцию.

Я выше головы прыгнул, девять человек убил, чтобы стать победителем.

Но итог такой, что я стою сейчас на кладбище, смотрю на летящие в могилу комья земли.

Операцию не сделали, мать скончалась в больнице...

Денег тоже нет потому, что их у меня украл отец.

Это он лишил мать шанса на выздоровление.

Поэтому сейчас я похороню ее.

А потом пойду и убью его.

— Андрей, жизнь на этом не закончилась, - над ухом треплется Сергей Петрович. - Сейчас тебе мешают чувства, но я хочу, чтобы ты меня выслушал. Ты показал себя, как безупречный боец. И я здесь не просто так. Я с деловым предложением.