Узник - Максим Мацель Страница 102

— И на кой она нам сдалась?

— Там усадьба Головиных. Ванька вызнал.

— Каких Головиных?

— Адъютанта генерала Шатенфельда, что в Персии погиб.

— Что проку время тратить, Станислав? Он уже сгинул. Почитай, день угробим зазря.

— Сестра у него есть. Может, Головин ей что перед отъездом в Дербент успел рассказать?

Алексеевку искали долго. Блудили несколько часов по раскисшей от прошедшего дождя округе, пока какой-то встреченный ими по дороге купец подробно не объяснил путь.

— По дыму найдете, ваше благородие, – добавил он в конце. – Анна Петровна парк в порядок приводит. Я всего четверть часа назад мимо нее проехал.

Жизнь в глубинке, куда еще не успела докатиться весть о смерти Екатерины, текла своим чередом. Небольшая, но опрятная усадьба Головиных была окружена красивым парком из уже потерявших пожухлую листву деревьев. Несколько крестьян сгребали ее в кучи и разводили костры. Мокрые листья нещадно дымили. Всем распоряжалась молодая стройная девушка невысокого роста, одетая по-простому, но опрятно. «Очевидно, это и есть Головина», – подумал Стас, правя в ее сторону. Сам он успел переодеться в свой сюртук и приказал вахмистру подождать.

— Добрый день, Анна Петровна. – Стас спешился. – Я к вам, если позволите.

— Здравствуйте. Я вас не припоминаю.

— Станислав Волков. Мы с вами незнакомы.

— Вы по делу?

— Да.

— Прошу вас в дом. Хотите чаю с дороги?

— Благодарю вас. Очень хочу.

Анна рассмеялась. Стас невольно залюбовался ее грацией, пока они шли к дому. Однако в глазах девушки он успел заметить также и явную печаль.

— Вы ведь офицер, Станислав? – спросила она, когда они сели за стол. – Кавалерист? Я вижу по выправке и еще по паре едва уловимых мелочей. Не удивляйтесь. Вы очень похожи на моего брата.

— Я служил в уланах, Анна Петровна.

— Тогда понятно. Я была права. Какое у вас дело?

— Я приехал поговорить о вашем покойном брате.

— О Кирилле? Почему? Вы служили вместе?

— Да, – слукавил Стас. – Хотя и весьма недолго. Мы расстались перед его назначением в Польшу.

— Польша! – Глаза девушки блеснули гневом. – Это проклятое место, Станислав. Там Кирилл и потерял душу.

Стас подумал, что был прав, когда решил назваться Волковым. С такой ненавистью к Польше девушка могла бы прогнать его, представься он польским шляхтичем Булатом.

— Он рассказывал вам про штурм Праги? Это предместье Варшавы.

— Нет! Никогда. Брат никогда не говорил о войне. Он был слишком чист душой, чтобы стать солдатом. Но, увы… Так распорядилась судьба. Вы знаете, что он искал смерти, Станислав? После того как вернулся из Польши. Потому и напросился в Персию.

— Да, я понял это, узнав подробности штурма Дербента. Анна Петровна, я хочу разобраться в том, что произошло в Варшаве.

— Я этого не знаю, Станислав. Разве что брат во всем винил генерала Шатенфельда и свое собственное малодушие. Это все, что я слышала от него.

— А он упоминал что-нибудь про своего сослуживца Рязанцева?

— Да. Он сказал, что бедняга тронулся умом после последней битвы.

— А может, осталось что-нибудь от него? Может, он рисовал какие-нибудь литеры на бумаге? Может, литеру «М»?

— Нет, Станислав. Ничего такого я не припомню. Пожалуй, только этот медальон.

— Какой медальон?

— Я ношу его всегда при себе. Он дорог мне как память о брате. – Анна сняла с шеи серебряный медальон и протянула шляхтичу.