Черный Лотос. Воскрешенный любовью - Иман Кальби Страница 10

Глава 5

Я чувствовала, как он ведет меня, будто трофей – в глубины клуба, в потаенную комнату, где стены слышали стоны, клятвы, предательства. Он был жесткий, горячий, жадный. Дыхание пахло виски, сигарами и властью.

Я стояла у стены, вуаль все еще скрывала мое лицо. Легкая ткань черного цвета колыхалась от моего дыхания, от жара, который поднялся между нами. Он смотрел на меня с жаждой. Мужчина перед лицом загадки, которую не может купить, сломать, приручить.

— Не хочешь снимать тряпки, тогда раздевай душу, красотка. Я все равно ее увижу… – выдохнул он и все же отпустил. Сел в кресло, как на трон. Повелительно… Властно… Он решил поиграть со мной. Понаблюдать…

Хорошо… Мы поиграем.

— Цезарь? – прошептала я, усмехаясь.

Он вскинул бровь.

— Ты сравниваешь меня с ним? Нет, девочка. Цезарь слишком благороден для меня…

— А мне всегда казалось, что только благородный осмелился бы возжелать саму Клеопатру, – я обошла его. Медленно. Давая почувствовать аромат кожи, золота, бахура…

Я присела на край стола и склонилась к нему.

— Клеопатра выбрала Антония. Солдафона с грубыми манерами. Потому что он не боялся сгореть в ее огне.

Я провела пальцем по его груди.

— А ты боишься?

Он рассмеялся, чуть хрипло, хищно.

— Давненько меня не спрашивали, чего я боюсь… да и вообще, спрашивали ли…

— Все бывает в первый раз…

Я сделала шаг вперед. Золотые украшения звякнули на бедрах – не просто звук, а ритуал. Движение бедра – медленное, как песок в песочных часах.

Я не танцевала. Я заклинала. Он затаил дыхание.

— Скажи… – его голос был напряжен, как струна, – кто ты, черт тебя возьми?

Я улыбнулась, не отвечая. Подошла ближе. Скользнула пальцами по резной спинке кресла, обвила его плечи, наклонилась к уху.

— Ты хочешь знать имя? Или вкус? – прошептала. -Но предупреждаю…Имена в Египте давали богам и проклятиям. Сегодня я буду твоей Клеопатрой…

Он вскинул на меня глаза.

— Предложишь выпить? Для храбрости… Как ты понял, в таких местах я не частый гость… – прищурилась. Он потянулся к бутылке, к хрустальным бокалам.

— А где тогда частый?

«В музеях и библиотеках»,– чуть не вырвалось из меня, но я лишь хмыкнула. Мое лицо все еще скрывала повязка. Нельзя допустить, чтобы он увидел меня…

— В преисподней…

— Теперь Лилит?– вскинул бровь,– женщина, из-за которой Каин убил Авеля (знаменитая библейская легенда о первом убийстве человека).

— Клеопатра… Думаешь, после всего, что она сделала, ей есть место в раю? Клеопатра говорила, что она воплощение Исиды. Той, кто не побоялся спуститься во тьму…

Черный хмыкнул.

А я невольно поймала край татуировки на его груди в расстегнутый вырез рубашки. Это Исида… Древнеегипетская богиня… Хм… Интересно… Оккультизм? Что там Ира говорила? И как это так у меня получается? Я словно бы играю экспромтом, а удивительным образом попадаю в его ноты. Какой-то мактуб, правое слово. Арабское проведение, как любят говорить в Египте.