Встретимся в полночь - Брианна Борн Страница 101

Глава тридцать седьмая

Я резко просыпаюсь, но гудение в висках не прекращается. Чем сильнее я пытаюсь снова заснуть, тем хуже становится. Я буквально чувствую, как соединяются нейроны, как электрические разряды восстанавливают мосты, сгоревшие после процедуры стирания.

Я снова это вижу – флешбэк, в котором я копаю землю.

Стою на коленях где-то на улице, грязь и дождь впитываются в платье, которое я никогда раньше не видела.

Пальцы увязли в грязи.

Образ пульсирует в моем сознании. Нейроны активизируются.

Гудение становится сильнее. Я ахаю, картинка расширяется, и я вижу больше. Оглядываясь, в темноте я различаю знакомые очертания.

Качели.

Я бросаюсь к телефону. Страт отвечает на звонок после первого же гудка, и я выпаливаю:

— Я знаю, где я была. В воспоминании, где я копаю, я увидела больше. У меня за спиной были качели, которые на холме. Не могу поверить, что я не поняла это раньше, вот почему я…

— Эй, притормози, – сонно говорит Страт. – Дай мне проснуться.

Но я не могу сбавить темп. Мне кажется, что это самый важный фрагмент головоломки. Ключ ко всему. Может быть, это последнее воспоминание, перед тем как мы стерли друг друга.

Я меряю шагами комнату, переполненная нервной энергией.

— Я хочу поехать туда, Страт.

— Прямо сейчас?

— Да, прямо сейчас.

— Ария, сейчас час ночи.

— Я не смогу снова заснуть. Мне нужно понять, зачем я копала.

Я что-то закапывала?

Он молчит долгое, тяжелое мгновение.

Мой желудок сжимается.

— Я… прости. Все в порядке. Уже поздно, и ты почти спишь, я могу пойти одна, я…

Страт выдыхает:

— Ни за что. Я еду с тобой.

Страт ведет свой универсал по темным пустым дорогам. Когда я села в машину, была включена радиостанция с классической музыкой, но песня, которая играла в эфире – Григ, «В пещере горного короля», как сказал Страт, – безжалостно усиливала атмосферу ночи. Слишком идеальный саундтрек. Я потянулась к приемнику и выключила его. Теперь тишина нарушается только шуршанием шин по дороге и стуком дождя по ветровому стеклу.

Ответы приближаются, несутся к нам, как поезд, а мы привязаны к рельсам. Мне хочется повернуть назад и забыть все, что с нами происходило, но одновременно я думаю, что, может… может, я смогу с этим справиться.

К моменту, когда Страт паркует машину, дождь стихает и в воздухе остается висеть лишь легкая пелена тумана. Фары освещают качели, как яркий строительный прожектор.

Страт роется за моим сиденьем в поисках зонта и одновременно передает мне старый садовый совок:

— Это все, что я нашел, – говорит он, следом вынимая половник для супа, который он взял для себя, чтобы копать. – Подожди, я обойду машину и помогу тебе выйти.

Ночь черная и скользкая. В темноте гребень холма кажется другим, обрыв – острее и опаснее.

Мы прижимаемся друг к другу под зонтом:

— С чего начнем? – спрашивает Страт, осматривая влажную землю. Нет ни приметного холмика, ни следов раскопок.

— Я видела качели позади себя, так что, думаю, я была с этой стороны. Может быть… здесь?