Время ласточек - Екатерина Блынская Страница 105

Маринка поставила кривую лесенку на сено, и Лиза, вдыхая пылевой запах мелкой сенной трухи, залезла наверх.

У Глеба под мышкой угнездились белые котята с кошкой, которых Лиза напугала, и они по очереди исчезли в темноте.

Лиза зажгла фонарик.

Глеб, казалось, спал. Казалось, не заметил ее появления.

— Полечи его, а то подохнет! Я пошла к мамке, – прошептала Маринка снизу.

Лиза положила ладонь на лоб Глеба.

Он лежал на доисторическом одеяле, без рубашки. Лиза посветила ему в лицо, он открыл глаза.

— А… Опять ты…

Лиза зашуршала пакетом.

— У тебя температура шарашит.

— Да и пес с ней. Пофигу.

— Сгоришь.

— Не бойся, сено не зажгу.

Лиза покопалась в принесенном из дома пакете и нашла таблетки:

— Вот, надо два раза в день пить. Антибиотик.

— Да ну его к ляду.

— У тебя тут кошка сидела, тепло…

Глеб схватил руку Лизы и прижал к груди. Лиза хотела было ее отнять, но от набежавших чувств упала головой на горячую грудь.

— Это я так, просто перегрелся. По Пескам Петьку гонял, но он же молодой черт оказался, горячий, как я… Потом мы с ним в дебри затесались, и я там его так ободрал, что он больше неслухом не будет. Он пообещал…

— Методы у тебя какие-то древнеегипетские, – прошептала Лиза. – Ты должен себя беречь…

— Для чего… Елизавета, мне оно сдалось… Вот только для тебя… И то… видишь, пока Маринку не послал… ты не шла.

Где-то в глубине сена пищали мыши. Кошка, собрав котят на стрехе*, следила, как они играются, сталкивая друг друга, цепляются растопыренными лапками и съезжают по дереву вниз, а потом опять прыгают и кувыркаются.

Глеб порылся в сене и достал бутылку водки.

Лиза отпрянула. От его жара и ей стало жарко.

— Давай свои колеса.

— Нельзя антибиотики с алкоголем. Зачем ты пьешь?

Глеб глотнул из бутылки, прихватил Лизу и, повалив в сено, зарылся в ее волосы.

Лиза некоторые время обреченно лежала, не двигаясь, высвечивая фонариком глаза котят и мамы-кошки, зелеными лучами пронизывающие пыль сенника…

Глеб тоже лежал неподвижно. Наконец по шиферной крыше побежали лапки дождя. Они все усиливали бег и ударили через несколько минут со всей мощью.

— Дождь пошел, – сказал Глеб шепотом. – И теперь тебе никуда не надо…

— Меня искать будут… – ответила Лиза.

— Не будут. Или они дураки какие…

— Дураки…

— Тогда пусть ищут… А я тебя не отпущу в дождь…

— У тебя жар, – ответила Лиза, склоняя лицо над Глебом.

— И хер бы с ним, – ответил он. – Ты знаешь, какой у меня сегодня был сложный случай? Какой мне попался трудный конь… Вот ровно как ты, такой же дурной… Я думаю… Ведь мы будем вспоминать это, правда? Когда-нибудь. Вот это.

— Будем… – согласилась Лиза, водя по Глебовой груди пальцем. – Я бы хотела, чтоб ты был со мной… Но чтобы ты изменился.

— Я изменился? – шепотом спросил Глеб. – А куда?

— Я не знаю… – сонно произнесла Лиза. – Просто я так хочу. Я хочу, чтобы все было, как я хочу.

— А… Женщина по имени «хочу»… Ты ничего не знаешь о жизни. В жизни нужно платить за каждое «хочу». И очень много, очень дорого. Ты маленькая.

Лиза захихикала и, уже сама нагревшись этой негой и теплотой, тотчас же потеряла в сене фонарик без всякой жалости.

И Глеб, шаря в темноте рукой, откинул пакет с медпомощью куда подальше.