Книжный магазинчик на острове - Джули Питерс Страница 108

Виллем все это прекрасно понимал. Однако нужно было смотреть на вещи трезво. Книжная лавка стала им родной: она принадлежала еще его родителям, и, возможно, он был привязан к ней даже сильнее, чем Эбба, которой важнее всего была Фрике. Эбба вбила себе в голову, что место Фрике – здесь, в этом магазине, и разубедить ее было невозможно. Но реальность такова, что и они постепенно ощутили перемены, давно охватившие книжную торговлю. Этим летом многие постоянные гости острова к ним не заглянули. Или заходили ненадолго – просто поздороваться. Стоило Эббе выложить перед ними стопку из пяти-шести книг в мягкой обложке, из которых раньше они купили бы минимум три (а бывало, и все!), как гости начинали смущенно мяться и объяснять, что теперь у них электронная книга – удивительно удобная штука, подарок от детей на Рождество. И книги они уже скачали дома, по рекомендациям из интернета. В итоге покупали одну книжку в мягкой обложке – скорее из вежливости, в память о былых временах. Но на выручке это уже сказывалось. Не катастрофически, зимой они бы не умерли с голода. Однако такое случалось все чаще, и в конце концов это подтолкнуло Эббу ускорить переговоры с Тисом Волленбеком. Особого видения у него не было, зато хватало идей, чтобы продолжить дело. Ведь Шпикерог без книжной лавки – это немыслимо. А для себя они уже решили: пора уезжать.

Виллем спустился вниз и застал в синей кухне все еще злую Эббу. Он сел на угловую скамью. Она небрежно поставила перед ним кружку с кофе, бросила на стол разделочную доску, с шумом нарезала хлеб, швырнула на стол колбасу и сыр.

Виллем встал.

— Я скоро вернусь, – сказал он и вышел из дома.

На двери магазина висела табличка «Закрыто по личным обстоятельствам». Он снял ее и направился к отелю «Фризенштерн» – тут было рукой подать. Там остановилась Фрике со своим другом. За стойкой регистрации стояла Гундель, добрая душа отеля.

— Мойн. Фрике Вальгрен еще здесь?

— Мойн, Виллем. Она в зале для завтраков.

Дорогу он знал.

На Фрике Вальгрен был темно-серый свитер с высоким воротом и черные брюки. Лицо бледное; когда он подошел к столику, она подняла на него глаза.

— Мои соболезнования, – сказал он.

— Виллем.

Она встала, и он неловко ее обнял. Под ладонями он ощутил ее хрупкие плечи. Они отстранились друг от друга, она улыбнулась и кивнула на свободный стул.

— Садись.

Раз уж они обнялись, переход на «ты», похоже, был уместен. Он сел.

— Надеюсь, не помешал. А где твой друг?

— Харальд вчера уехал.

— Вот как, – удивился он.

— Я остаюсь до прощания.

До церемонии оставалось четыре дня. Виллем вчера видел приглашение в почте.

— А потом? – осторожно спросил он.

— Потом… не знаю. Может, вернусь в Гамбург, в «КОМЕТ». Один хороший друг, коллега, давно хотел, чтобы я стала не просто внештатницей.

— Ты могла бы остаться.

— Могла бы. Но не хочу.

Он шумно выдохнул.

— Это твое окончательное решение?

Она виновато улыбнулась.

— Понимаю, это не тот ответ, на который вы с Эббой рассчитывали.

— Мне, если честно, все равно – возьмешь магазин ты или какой-нибудь жадный до денег торгаш из Бремена с тридцатью филиалами, который выжимает из сотрудников все соки. Времена меняются: видимо, книжная торговля теперь так и работает. Но Эббе не все равно. Для нее ты – законная наследница.