Будешь моей мамой? - Оливия Лейк Страница 11

Олег помогал по дому, если что-то починить нужно, платил коммунальные платежи, из садика забирал моего сына, а я кормила его, убиралась, работала семь дней в неделю и спала с ним.

Последний пункт стал в последнее время камнем преткновения: я слишком уставала, а Олег желал сексуальную активную кошечку. А я… Я не хотела. Может, вымоталась, и либидо на ноль упало, а Олег никогда не был чемпионом по женскому оргазму. Не знаю, мы точно двигались к концу, а единственное, о чем я переживала — как успеть вернуться из больницы и сына из садика забрать. Я в местном многопрофильном центре работала медсестрой пять дней в неделю, но из-за того, что отказывалась от ночных смен, значительно теряла в доходе. Но куда мне Тиму! Я ведь университет так и не закончила: на вечернем (ага, одно название от вечернего) в рамках переквалификации пыталась физиотерапию освоить, но не выдержала, сломалась. Просто устала, силы закончились.

Когда я выбрала родить, то поставила ребенка выше себя. Он меня не просил об этом выборе и рожать себя тоже. Ту самую нищету плодить. У меня никого в Москве не было. Про Сафарова и слышать не хотела, да и он про меня. Быстро женился и свинтил в Америку. На том его любовь закончилась.

В Ярославль возвращаться было бессмысленно, там меня не особо ждали: у отца новая семья, и лишние рты не нужны, а квадратные метры не резиновые. Но я выжила, выносила, родила — все, что обещала своему сыну, когда убегала от его биологического отца, исполнила. Все у нас будет хорошо. Все! Мы не миллионеры, но квартира есть, работа есть, руки с ногами тоже имелись.

— Я дома! — крикнула, открыв дверь. Бардак увидела сразу… — Тима! — позвала сына. Он после себя обычно убирал, а сейчас у нас на полу можно наскрести на целого колобка, а может и двух! Я от бабушки ушел, я от дедушки ушел… — Вы где? — надела домашние тапочки.

— Вернулась? — Олег из спальни вышел недовольный. — Полюбуйся, что твой сын сделал! — и тряхнул головой. Мука в волосах? Хм, с чего бы это?

— Где Тима? — подозрительно сощурилась.

— В углу.

— Где?! — я никогда не наказывала сына. Да, любознательный, да, его эксперименты порой шумные и грязные, но он никогда не оставлял бардак, всегда прибирался. Это не ради каприза или из-за шкодливости: это любознательность и кругозор ребенка. — Тима? — щелкнула свет в гостиной.

— Привет, мам, — он стоял в углу и собирал кубик-рубик. — Есть! — и глянул на часы: — Меньше трех минут. Побил свой прошлый рекорд. Круто, да? — на меня смотрел в ожидании реакции.

Я только изумленно села на диван. Среднестатистическому человеку нужно три часа, чтобы освоить базу кубика, а тут минуты… Я лично и за десять собрать не смогла бы, не мое это. Причем десять часов, не минут!

— В темноте… — только ахнула.

Паркет скрипнул, и сын тут же весь подобрался, я даже сказала бы — набычился. Тима внешне в меня пошел: светловолосый, белолицый, с веснушками, и только глаза темные, да комплекция уже проглядывалась отцовская. Для шести с хвостиком лет — у меня рослый мальчик.

— Теперь вот идите и вместе полы мойте, — Олег включил хозяина дома и руки на груди сложил очень властно. Что-то новенькое…

— Тима, почему ты не убрал за собой? — мягко спросила. На него не нужно кричать: он разумный и честный, сам все расскажет.