Время, прости! - Татьяна Тронина Страница 120

— Тринадцатую, слышь, Аленка? – толкнула меня Бабаня локтем в бок. – Это ж хорошо. Может, теперь и пенсию нам, старикам, добавят, а? Или цены в магазинах поубавят… Вон, колбаса два двадцать стоит уже – уму непостижимо!

Машеров продолжил:

— Но этого недостаточно. Необходимо начать новый, масштабный этап преобразований. Четко определить роль сдельной оплаты, широко внедрить бригадный подряд в строительстве, усилить госприемку. Мы живем не в казарме. Советский человек, желающий повысить свое благосостояние, должен иметь для этого все возможности…

Машеров сделал паузу, а потом его голос зазвучал с подчеркнутой твердостью:

— Однако одной экономикой будущее не построить. Будущее рождается в научных лабораториях и конструкторских бюро. Партия и правительство намерены коренным образом пересмотреть нашу научно-техническую политику. Мы будем направлять усилия не только на развитие космоса и обороны, но и на поддержку фундаментальной науки, перспективных гражданских технологий. Наша страна – родина гениальных ученых, инженеров, изобретателей. Мы должны дать им возможность творить, а их разработкам обеспечить «зеленую улицу». Это вопрос нашего технологического суверенитета и конкурентоспособности. Уже отдано распоряжение провести полную ревизию архивов ведущих НИИ и КБ. Мы обязаны найти и дать жизнь тем перспективным проектам, которые по разным, порой бюрократическим причинам годами пылятся без движения! Немедленно и без сомнений – отстранить от управления тех, кто препятствовал уникальным разработкам! Мы должны наверстать упущенное и смотреть в завтрашний день смело и уверенно.

Я застыла, ощущая, как леденеют кончики пальцев. Он говорит о том, о чем мы с Артуром писали в том анонимном аналитическом докладе, который подбросили ему в санатории. Значит… зерно упало в благодатную почву? Наш план сработал?

— Ученым-то нашим, значица, тоже жить станет легче, – с глубокомысленным одобрением изрекла Бабаня. – Это правильно. Умным людям и помогать надо, они ж нам всем жизнь облегчают.

Машеров сказал еще много чего. Но ни единого слова – про Афганистан. Лишь тот самый, едва уловимый намек прозвучал в начале его речи, когда он говорил о выполнении договорных обязательств. Значит, они что-то придумали. Ищут другой путь, чтобы решить ту проблему и достичь нужных целей…

…Сидя перед телевизором, я отрешилась на время, и в голове, будто на старой кинопленке, замелькали обрывки того, чем запомнился 1979-й – прощальный год семидесятых.

Год, который ООН нарекла Годом ребенка. Для тех, кто родился между шестидесятыми и восьмидесятыми, позже придумают название – поколение Икс.

1979-й начался с чуда, пусть телевизионного, но вполне настоящего. В новогодние дни прошлой зимы, то есть год назад, показали «Обыкновенное чудо» Марка Захарова с Симоновой и Абдуловым. Это был подарок, сказка, в которую хотелось верить. Казалось, год начался с волшебства. А где-то там, за океаном, в это же время заканчивали монтировать «Калигулу» Тинто Брасса – эпический кинофильм о нравах времен правления древнеримского императора Калигулы, вошедшего в историю беспримерной жестокостью, коварством и пороками.

Потом наступила череда катастроф.

В марте на АЭС «Три-Майл-Айленд» в Америке из-за человеческой ошибки и сбоя клапана едва не случился ядерный кошмар: произошла крупнейшая авария в истории американской атомной энергетики. Человеческая ошибка привела к тому, что призрак ядерного кошмара стал явью.