Время, прости! - Татьяна Тронина Страница 121

В мае в Америке произошла самая страшная на тот момент катастрофа по числу погибших. Авиалайнер, летевший из Чикаго в Лос-Анджелес, разбился спустя всего минуту после взлета, в результате чего погиб 271 человек. Вместе с ними погибли еще два человека, находившихся на земле.

Летом в Индийский океан, рассыпаясь на куски, упала отработавшая свое американская станция «Скайлэб».

Но были и другие, мирные свершения. Впервые успешно стартовала европейская ракета «Ариан». Наш «Союз-34» отправился к «Салюту-6».

Менялась и политическая карта мира: в конце весны 1979-го в Великобритании к власти пришла «железная леди» Маргарет Тэтчер, уже успевшая прослыть «похитительницей молока» за отмену бесплатных школьных завтраков. А в США Конгресс с ожесточением отвергал попытки Картера ввести карточки на бензин.

А в Москве к лету выросла, сверкая стеклом и бетоном, громада гостиницы «Космос» – символ грядущей Олимпиады-80.

В Китае введена «политика одного ребенка», призванная ограничить резкий рост населения страны.

И произошло еще одно незаметное, никому не известное событие…

В апреле успешно прошла испытания капсула времени, созданная братьями – Артуром и Николаем Дельмасами. Та самая, что стала для меня порталом в прошлое.

* * *

Я вернулась домой от Бабани около десяти вечера, схватила Артура за рукав и, ни слова не говоря, потащила за собой в нашу комнату. Мы закрыли дверь и уставились друг на друга.

— Ты слышал новости только что? – шепотом спросила я.

— Судя по всему, наш план удался, – кивнул Артур. Его глаза горели. – По всем пунктам.

— Ты не рад? – подозрительно спросила я.

— Почему же, я рад, – возмутился муж мой. – Просто трудно осознать масштаб произошедшего… Это грандиозно!

Я подошла к окну, обняла себя за плечи, глядя на падающий снег. Внутри меня бушевала странная смесь восторга и ужаса. Что мы сотворили?!

За окном стояла глухая декабрьская тьма. Где-то там, за пеленой темных облаков, притаился и ждал своего часа новый, еще неизведанный 1980 год.

— Все будет по-другому, – пробормотала я. Или я смогла изменить только мир, но не свою судьбу?

Следующий день прошел тихо и почти незаметно, растворившись в предпраздничных приготовлениях. Я перемыла посуду, несмотря на возражения Раисы, полила цветы, перечитала пару страниц из какой-то книги, но мысли все время возвращались ко вчерашнему. Артур ушел рано утром, опять не сказав ни слова.

Вечером я помогала Раисе накрывать на стол. Мария Олеговна сосредоточенно раскладывала по тарелкам котлеты и картофельное пюре, а Петр Дмитриевич солидно восседал во главе стола, просматривая «Вечернюю Москву», в просторечии – «Вечерку».

Внезапно, словно из ниоткуда, в дверях возник Артур. Вошел в квартиру так тихо, что мы не услышали, как щелкнул замок.

Муж мой стоял на пороге гостиной, не снимая пальто, с лицом, на котором смешались неверие, торжество и шок, в руке он сжимал тубус с чертежами.

— О, ты вовремя, как раз к ужину! – обрадовалась Мария Олеговна.

Артур сделал шаг вперед, положил тубус на стул и провел рукой по волосам.

— Вы не поверите, – произнес он тихо, заставляя всех вздрогнуть и замереть. – Сегодня меня вызвал к себе Забуцкий.

В комнате повисла звенящая тишина. Всесильный академик, грозный и неприступный, чье слово было законом для целых научных направлений, – вызвал к себе Артура…