Королевы и монстры. Шах - Джей Ти Джессинжер Страница 125

36

Деклан

Три с половиной дня спустя.

— Где она? – реву я, влетая в двери зала совещаний. – Где, *****, она?

— Спокойно, здоровяк, – говорит Грейсон, вставая с кресла за длинным столом из красного дерева. Он поднимает руки с извиняющейся улыбкой. За столом сидят еще десять человек; некоторых из них сразу узнаю, а парочку – нет.

Но этого мерзкого урода, Томаса Аквината, главу группы по Допросу Особо Важных Задержанных, нельзя не узнать.

Грейсон стремительно преграждает мне дорогу, когда я с диким рыком бросаюсь в его сторону.

— Деклан. Да остынь ты, мать твою!

Он пытается сдержать меня, отпихивает и тащит назад со всей своей недюжинной силой, но у меня в венах уже бушует демон ярости, жаждущий крови. И ничто на свете не способно меня остановить.

Отталкиваю Грейсона и заезжаю Томасу по лицу.

Он с ором опрокидывается назад вместе с креслом, задрав ноги. Гулко ударяется об пол зала совещаний, переворачивается набок, а потом начинает копошиться на полу, перебирая ногами и пытаясь встать на четвереньки, чтобы уползти. Мерзкий таракан.

Прежде чем я успеваю дать ему по почкам, меня скручивают уже трое.

Затем опрокидывают на пол. Через несколько секунд я снова на ногах и с твердым намерением выбить из их босса дух.

Резко останавливаюсь, когда оставшиеся за столом люди – тоже вскочившие на ноги – достают из пиджаков пистолеты и направляют на меня.

— Всем успокоиться! – призывает Грейсон, подняв руки. – Он друг! Уберите оружие! Это приказ!

Мужчины неохотно ему подчиняются.

Он как всегда. Чертов миротворец.

Задыхаясь от ярости, я тычу в него пальцем:

— Это твоих рук дело. Если я найду на ней хоть одну царапину, хоть малейший синяк, я убью тебя и твоего вонючего босса.

Человек, о котором идет речь, все еще пытается подняться на ноги. Он хватается за край стола переговоров как за спасательный круг. Потом выпучивается на меня до такой степени, что у него все белки видно, и держится за кровоточащий нос.

— Я запрячу тебя в тюрьму, ты, маньяк! – визжит он. – Ты не можешь являться сюда и нападать на членов федерального правительства!

— Могу, и уже это сделал. Если ты сейчас не заткнешь свою пасть, я сделаю чего похуже. Где она?

— Она в камере, – говорит Грейсон тоном, который якобы должен быть успокаивающим. На самом деле звучит так, будто царапают ногтями по грифельной доске.

— В камере? – грохочу я, окончательно выходя из себя. – Вы поместили мою женщину в чертову камеру?

— С ней все в порядке. На самом деле, прямо сейчас она спит. Понятно? Успокойся, братан. Просто успокойся.

— Ты своего «братана» знаешь куда себе засунь, предатель?! О чем ты вообще думал, когда решил забрать ее? Да я чуть из ума не выжил!

— Знаю, и я извиняюсь. Но мы только так могли ее проверить. Заранее сообщать тебе было нельзя. Ты знаешь правила.