Тени прошлого - Джорджетт Хейер Страница 132

— Ну, конечно, – улыбнулась Фанни и отошла.

Леони смотрела в лицо своей матери. Мадам де Сен-Вир взяла ее руку и погладила.

— Пойдем сядем на диван около стены, детка, – запинаясь, проговорила она. – Побудь со мной несколько… несколько минут.

— Хорошо, мадам, – вежливо согласилась Леони, удивляясь, почему эта стареющая леди так волнуется. Ей совсем не нравилось, что ее оставили с женой Сен-Вира, но она пошла за ней к дивану и села рядом с ней.

Мадам де Сен-Вир, казалось, не знала, что сказать. Она держала Леони за руку, пожирая ее глазами.

— Скажи мне, дорогая, – наконец произнесла она. – Ты… ты счастлива?

Леони удивилась.

— Конечно, мадам. Я очень счастлива!

— Этот человек… – мадам прижала к губам носовой платок, – этот человек хорошо с тобой обращается?

— Мы имеете в виду монсеньора, мадам, – моего опекуна? – напряженно спросила Леони.

— Да, маленькая, конечно, его. – Рука мадам дрожала.

— Разумеется, он со мной хорошо обращается!

— Я вижу, ты обиделась, но ведь… ведь… Ты так молода, девочка! А я… я могла бы быть твоей матерью. – Она как-то лихорадочно засмеялась. – Так что не обижайся на мои слова, хорошо? Он… твой опекун… не очень хороший человек, а ты… ты…

— Мадам. – Леони отдернула руку. – Я не хочу быть с вами грубой. Но я не позволю вам так говорить о монсеньоре.

— Ты так к нему привязана?

— Да, мадам, я люблю его всем сердцем.

— Боже мой! – прошептала мадам. – А он… он тебя любит?

— О нет! – ответила Леони. – Вернее, я не знаю, мадам. Но он ко мне очень добр.

Мадам де Сен-Вир вгляделась в ее лицо.

— Это хорошо, – со вздохом сказала она. – Скажи мне, детка, как давно ты у него живешь?

— Да уже порядочно, – небрежно бросила Леони.

— Детка, не надо меня дразнить! Я никому не выдам твой секрет. Где нашел тебя герцог?

— Извините, мадам, я забыла.

— Он велел тебе забыть! – предположила мадам. – Так ведь?

Кто-то подошел к дивану. Мадам вся съежилась и замолчала.

— Какая встреча, мадемуазель! – произнес Сен-Вир. – Надеюсь, вы здоровы?

Леони вскинула подбородок.

— Сударь? – Она как бы не узнавала его. – А, вспомнила! Это вы, господин Сен-Вир? – Она повернулась к его жене: – Мы встречались с сударем… забыла где. Ах да, в Денье около Гавра, мадам.

Сен-Вир помрачнел.

— У вас прекрасная память, мадемуазель.

Леони смотрела ему между глаз.

— Да, сударь, я никого не забываю – никогда!

Шагах в десяти от них, словно пригвожденный к месту, стоял Арман де Сен-Вир.

— Разрази меня гром! – ахнул он.

— Лично мне это выражение никогда не нравилось, – прозвучал у него за спиной тихий голос. – В нем не хватает… э… экспрессии.

Арман резко повернулся к герцогу.

— Мой друг, вы сейчас же мне скажете, кто такая мадемуазель де Боннар!

— Вряд ли, – ответил герцог, доставая из табакерки понюшку табаку.

— Но посмотрите на нее! Это же вылитый Анри. Когда я увидел их рядом…

— Вы так думаете? – спросил герцог. – А по-моему, она гораздо красивее любезного графа и у нее более тонкая натура.

Арман тряхнул его за руку.

— Кто она?

— Дорогой Арман. Я совершенно не намерен тебе это говорить, так что, пожалуйста, отпусти мою руку. – Он сбросил с рукава руку Армана и старательно разгладил складки. – Так-то лучше. И советую тебе, дружок: будь глух и слеп в отношении моей воспитанницы.