Герцог для Дианы - Сабрина Джеффрис Страница 138

— О, с моей точки зрения, все прошло очень удачно, — заявила Верити. — Рози заполучила несколько поклонников, а Диана — единственного, которого желает.

Диана захлопала глазами.

— О чем это ты?

— Герцог Гренвуд спросил меня, одобрю ли я, если он попросит твоей руки.

Ее пробила дрожь, но она тут же овладела собой.

— Что ты ответила?

— Что одобрять это не мое дело. Он должен обратиться к тебе.

Диана фыркнула.

— На самом деле он этого не делал, так что пока не строй для нас воздушных замков.

— Он сказал мне, что «вроде как» спросил тебя. — Верити вскинула голову. — Значит, он не сделал тебе предложения?

— Полагаю, он проявил в этом деле некоторую неуклюжесть, — сухо заметила Элиза. — Но ведь наш герцог не славится своим умением справляться с… э… деликатными ситуациями.

— Очень точно сказано, — с горечью сказала Диана. — Этот человек меня просто до белого каления доводит своей самоуверенностью и безосновательными предположениями. Да я вообще не знаю, хочется ли мне выходить за него, даже если он попросит моей руки. Вы можете представить, на что будет похожа жизнь с ним?

— Я могу, — с мечтательным видом произнесла Верити. — Нужно признать, было бы приятно просыпаться рядом с мужчиной, у которого такое тело.

— О господи! — не удержалась Элиза. — Ты же никогда не просыпалась рядом с мужчиной. Откуда тебе знать, на что это похоже? — Элиза повернулась к Диане. — Но в ее словах есть смысл. Существуют… э… определенные преимущества в том, чтобы выйти за человека с такими… достоинствами.

К счастью, в карете было темно, и сестры не заметили, как неистово вспыхнуло лицо у Дианы. Она выглянула в окно.

— О, наконец-то! Мы приехали. Не думаю, что вынесла бы еще одну минуту, слушая, как вы обсуждаете моего… возможного будущего мужа в столь рискованных выражениях.

Полусонный лакей подошел, чтобы опустить подножку. Когда он начал открывать дверцу экипажа, Элиза попросила:

— Подождите минутку, — и потянула ручку на себя.

— Элиза! — возмутилась Диана. — Бедняга чуть не упал. А я свалилась бы на него, вне всякого сомнения. Дай выйти.

— Просто ответь на мой вопрос, — сказала Элиза, — и можешь быть свободна.

Диана тяжело вздохнула.

— Что еще?

— Ты влюблена в герцога?

Переводя взгляд с Элизы на Верити, она решила было сказать в ответ что-нибудь уклончивое. Но они же затравят ее, лишь бы добиться правды.

— Конечно, влюблена.

Господи, и правда! А ведь она даже не собиралась привязываться к нему. Как ей удалось так легко изменить своему намерению держаться стойко? Когда все из «Как мне войти в комнату так, чтобы Джеффри не заметил?» превратилось в «Как мне добиться, чтобы он вошел в меня снова?»

Диана застонала.

— Кто может не влюбиться в такого мужчину?

— Я могу, — сказала Верити. — Хотя должна признать, что его тело…

— Да-да. Ты уже проявила свое красноречие на эту тему, — нетерпеливо проговорила Диана, потом взглянула на Элизу. — Откроешь ты эту проклятую дверь или нет? — Прежде чем она разразится слезами. Прежде чем подумает о том, как это трудно — любить человека, который, вне всякого сомнения, любит ее лишь за ее тело и за способность родить наследника, потому что явно не уважает ее мнение вообще.

Отпустив ручку, Элиза повернулась к Верити.

— Она уже ругается, как он.