Вместе или нет - Ава Уайлдер Страница 17

— Отлично, ― сказала она, натянув на лицо улыбку с такой силой, что чуть не защемила мышцу. ― Увидимся на месте.

Она двинулась дальше, но Уолт придержал ее за руку.

— Лайла, послушай. ― Лицо его помрачнело. ― Я хочу, чтобы ты знала: я рад, что ты вернулась. Неважно, что… что там думают другие. Ты ― неотъемлемая часть шоу. Ты и Шейн… вы наши опоры. Наши путеводные звезды. Помни об этом.

У нее внезапно пересохло во рту.

— Мне кажется, путеводная звезда может быть только одна.

Он наклонил голову и пожал плечами.

— Что ж. Ты же знаешь, как это бывает…

Отпустив ее руку, Уолт зашагал дальше по коридору. Лайла глубоко вздохнула, чувствуя, как запульсировала в ушах кровь, и толкнула дверь на этаж сценаристов.

Офисы «Неосязаемого» были тусклыми и неуютными: лампы дневного света, ворсистый серый ковер, стойкий запах несвежего кофе. Лишь рекламные плакаты прошлых сезонов, развешанные по стенам, да полка, на которой красовались несколько статуэток «Эмми» и «Золотых глобусов», отличали помещение от любой заурядной бухгалтерской или страховой конторы. Насколько могла судить Лайла, с тех пор, как она заходила сюда в последний раз, ничего не поменялось.

В центре комнаты были размещены четыре длинных стола, сдвинутых в квадрат, а вокруг них ― пластиковые кресла. На столах стояли таблички с напечатанными именами ― по одной перед каждым креслом. Даже еще не успев разглядеть свою табличку, Лайла точно знала, где для нее приготовили место: прямо возле Шейна.

А Шейн уже был там ― изучал сценарий. Ее немного удивило, что он сидел отдельно от остальных. В комнате находилось по меньшей мере человек десять-двенадцать ― актеры, сценаристы, продюсеры, различные координаторы и ассистенты, которые кучковались, в основном, с той стороны стола, где располагался поднос с кофе.

Когда Лайла приблизилась к группе коллег, ее взгляд невольно остановился на Шейне, а из головы никак не шли слова Уолта. Действительно, на них с Шейном лежит ответственность за все шоу. Смогут ли они хотя бы на несколько месяцев забыть о своем прошлом, о разногласиях, о давно тлеющих обидах? В конце концов, когда-то же они ладили ― пусть даже теперь это кажется горячечным бредом. И не будет ли это как-то по-детски ― после стольких лет по-прежнему ненавидеть его так пылко, будто он нанес обиду вчера?

Возможно, напряженность между ними на презентации ― не более чем случайный рецидив, признак того, что остатки яда выходят из их организмов. Может, они оба изменились. Повзрослели. В любом случае, теперь, когда ей уже за тридцать, видеть в своем бывшем заклятого врага немного глупо.

Однако, как только она приблизилась к кофейной зоне, все мысли о примирении мгновенно испарились. На столе, возле кружек, лежала открытая розовая картонная коробка с бледно-зелеными цветочками по бокам. Точно такая же, как та, что была у нее в руках.

«Вот скотина!»

Она бросила коробку на стол, даже не потрудившись ее открыть, затем резко развернулась и направилась прямиком к Шейну, который, казалось, по-прежнему не замечал, что она вообще находится в комнате.

«Ничего не говори. Ничего не говори. Сохраняй достоинство. Ты выше этого ― просто плюнь и разотри».

— Какая же ты сволочь, ― прошипела она, усаживаясь в свое кресло.

Достоинство полетело коту под хвост.