Все, что мы не завершили - Ребекка Яррос Страница 196

— Она закончена, как ты сама прекрасно знаешь.

Поэтому я и сидел в центре Манхэттена, а не в Поплар-Гроув.

— Паршиво выглядишь. — Сестра раздвинула лежавшие на столе папки, освободив место под подставку с кофе. — Вот, зарядись кофеином.

— Кофе мне не поможет. — Я бросил наушники на стопку бумаг и откинулся на спинку кресла. — Но спасибо.

— Прошло уже восемь дней, Ной. — Эдриен расстегнула пальто, бросила его на стул и села в кресло напротив моего стола.

— И что?

Восемь мучительных дней и бессонных ночей. Я не мог ясно мыслить, не мог есть, не мог перестать гадать, что творится в голове у Джорджии.

— Хватит страдать! — Сестра взяла стакан с кофе и откинулась на спинку кресла. Ее поза в точности повторяла мою, и это было почти смешно. — Это совсем на тебя не похоже.

— Да, я сейчас не в лучшей форме. — Я прищурился, глядя на Эдриен. — Разве ты не должна мне сочувствовать? Ты же у нас в семье самая добрая.

— Лишь потому, что роль упрямого засранца уже занята. — Она отпила кофе.

Я невольно улыбнулся.

— Но смотрите, он жив! — Она отсалютовала мне стаканом.

— Без нее — нет, — тихо произнес я, глядя в окно на небоскребы Манхэттена. Без Джорджии это не жизнь. Может быть, существование, но не жизнь. — Знаешь, раньше я думал, что выражение «упасть в пропасть любви» — это оксюморон. Любовь должна возносить ввысь, разве нет? Должна дарить ощущение, словно ты поднялся на вершину мира. Но, может быть, восхождение доступно не всем. Может быть, это случается крайне редко. А большинство из нас падают с небес. И разбиваются насмерть.

— Это еще не конец, Ной. — Взгляд Эдриен смягчился. — Я видела вас вместе. Видела, как она на тебя смотрела… Не может быть, чтобы все закончилось именно так.

— Если бы ты видела, как она на меня смотрела в том кабинете, ты бы так не говорила. Я очень сильно ее обидел, — тихо добавил я. — А обещал, что никогда не обижу.

— Все совершают ошибки. Даже ты. Но если закрыться в квартире и тихо страдать… Так ты ее не вернешь.

Я скрестил руки на груди.

— Пожалуйста, расскажи подробнее, что я должен сделать, чтобы вернуть женщину, которой я откровенно и сознательно лгал в течение многих недель.

— Ну, если так посмотреть… — Она сморщила нос. — По крайней мере, ты ей не изменял, как ее бывший?

— Сомневаюсь, что ложь чем-то лучше измены. — Я потер переносицу. — Я использовал свое оружие: слова. Играл с семантикой, чтобы получить желаемое, за что в итоге и поплатился. И так просто ее не вернешь.

— То есть она вроде как мистер Дарси? — Эдриен задумчиво склонила голову набок.

— В каком смысле?

— Ну, знаешь… Если кто-то лишается моего уважения, то уже навсегда. — Сестра пожала плечами. — «Гордость и предубеждение». Джейн Остин.

— Я знаю, кто написал «Гордость и предубеждение», и могу утверждать, что Джорджия как раз-таки умеет прощать.

Она давала своей матери шанс за шансом.

— Хорошо, — кивнула Эдриен. — Значит, все еще можно исправить. Ты был прав. Любовь — хорошая, настоящая, меняющая жизнь любовь — встречается редко. За нее нужно бороться, Ной. Я знаю, тебе никогда еще не приходилось бороться за женщину. Но лишь потому, что раньше ты не встречал женщину, которую хотел удержать.

— Так и есть.

Для меня это было в новинку.

— Ты живешь в мире, где сам задаешь реплики своим персонажам и где один благородный жест вмиг все исправляет, но правда в том, что отношения в реальной жизни — это большая работа. Мы все ошибаемся. Говорим что-то такое, о чем потом жалеем. Совершаем неправильные поступки по правильным, как нам кажется, причинам. Ты не первый мужчина, кому придется как следует потрудиться, чтобы заслужить прощение.