Влюбленный - Луна Мейсон Страница 23

— Вижу, ты заметил своих дружков.

— Я… я не участвую в этом. Я просто курьер, – слабым голосом поясняет он.

Бью его по голове пистолетом с такой силой, что на лбу остается отметила.

— Выгружай оружие в наш фургон. Передай Романо, что он может поставлять оружие в Нью-Йорк только через Луку Руссо.

Поспешно кивнув, он отступает назад и по-итальянски обращается к кому-то в лодке.

Фрэнки поднимает пистолет, и появляется еще один парень, дрожащий как осенний лист.

— За дело! – приказываю я, подгоняя их пистолетом.

Как только они положили последний ящик в кузов фургона, Фрэнки захлопнул дверцы.

— Ви, разберись тут с беспорядком, – приказываю я, попутно отправляя сообщение Энцо.

— Будет сделано, – откликается низкорослый русский и ведет двух лодочников в сторону доков.

Фрэнки запрыгивает в фургон. Его прическа ни капли не пострадала. Он уже привык к такой жизни.

Нажав «Отправить», я смотрю на него.

— Отличная работа. Вези на наш склад. Никому ничего не объясняй, чем меньше людей об этом знает, тем лучше.

Он молча заводит двигатель и выруливает из переулка.

У меня под ногами шуршит гравий. Я должен был поехать с ним, чтобы все проверить.

Но интуиция подсказывает, что мне нужно домой.

Проверить Розу.

Я возвращаюсь к себе к двум часам ночи. Осторожно крадусь мимо гостевой спальни, не желая потревожить девушку, и захожу в ванную, чтобы смыть кровь. Вода моментально окрашивается в алый цвет. Держась за края раковины, я смотрю на свое отражение: волосы взъерошены, брызги крови заляпали белую рубашку и шею. Пиджак и рубашка отправляются корзину для грязного белья. Уходит целая вечность, чтобы вычистить из-под ногтей засохшую кровь.

Включив душ и подобрав температуру воды, я начинаю стягивать штаны. Господи, кажется, это похоже на крик. Я выскакиваю в коридор.

Крик доносится из комнаты Розы.

— Отстань от меня!

Я слышу панику в ее голосе. Какого черта? Я бегу в свою комнату и хватаю с прикроватной тумбочки пистолет. Держа оружие наготове, медленно открываю дверь и включаю свет.

Крики становятся громче. Я осматриваю комнату: Роза лежит в постели, завернувшись в одеяло, и истошно кричит.

Дерьмо!

Пистолет падает на пол. Я подбегаю к кровати. У нее на лбу выступили капельки пота, а глаза зажмурены, словно она испытывает неимоверную боль.

— Пожалуйста, не надо! – кричит она.

Я протягиваю руку, чтобы прикоснуться к девушке, но останавливаю себя.

— Роза, – шепотом зову я.

Она мечется под одеялом будто одержимая.

Я не могу на это смотреть, ее крики сводят с ума. Это боль в чистом виде.

Я сажусь на кровать и прижимаю девушку к себе.

Осторожно сжимаю ее руки, заключая в объятия.

— Тихо, Роза. Это я, Лука. Здесь тебе никто не навредит, – шепчу я в ее потную макушку.

Я могу защитить ее от физической боли, но не могу помочь с тем, что мучает изнутри. Если бы я мог забрать хотя бы часть, то сделал бы это.

Задержав дыхание, я крепче прижимаю ее к себе.

Она перестает кричать, теперь ее слезы падают на мой обнаженный торс. Я продолжаю говорить с ней, пытаясь успокоить.

Я не знаю, что ее преследует, но теперь понимаю, почему Роза так отчаянно хотела выпить. И понимаю, почему девушка в ужасе смотрела на меня, когда узнала, что будет жить в соседней комнате.

Она не хотела, чтобы я видел ее в таком состоянии.