Птичка, успевшая улететь - Юля Артеева Страница 23

— Дания?

— Простите, – вздрогнув, я смущенно улыбаюсь, – отвлеклась.

— Ничего, это нормально. Но постарайтесь не злоупотреблять.

Киваю серьезно, ей в тон:

— Разумеется.

-. . / –.. .– … – .– .– .-.. .-.– ..– -

С занятия выхожу в отличном настроении. Мне очень понравилось, и я сразу говорю Инессе Евгеньевне, что хочу продолжать подготовку к экзаменам именно с ней. Она радуется как ребенок. Несколько раз хлопает в ладоши, но потом, правда, быстро себя одергивает. В моем топе учителей русичка занимает уверенное второе место после трудовика.

Сбегаю по лестнице, предвкушая приятный вечер дома с книгой. Время позволяет, я могу забежать на почту, там уже несколько дней лежит моя посылка, в ней должны быть открытки и ароматические свечи.

Зажгу ту, которая должна пахнуть апельсиновой цедрой и корицей…

Вдруг чувствую толчок в плечо и лечу в стену. Холодный бетон встречает меня равнодушно. Ударяюсь не сильно, но ощутимо.

— Что?.. – выдыхаю потерянно.

— Черныш, ты чего такая неловкая? – спрашивает Артур.

Потирая ушибленный локоть, я мрачно смотрю на Базоева и Адаменко.

Интересуюсь:

— Че надо?

Илья пожимает плечами:

— Да ничего. Ударилась?

Вопрос сбивает с толку. Адам, как зовут его в классе, стоит, сунув руки в карманы джинсов. Смотрит на меня вопросительно в ожидании ответа. Я же не сошла с ума? Они же меня толкнули? Или…

Говорю осторожно:

— Ударилась.

Парни переглядываются, а потом уголок губ Ильи ползет вверх, рисуя на его лице двусмысленную усмешку. Он окидывает меня быстрым взглядом и произносит тихо:

— Ну иди сюда, пожалею.

Отшатнувшись, снова наталкиваюсь на стену. Все внутри холодеет, но я повыше поднимаю подбородок.

Цежу через зубы:

— Руслан узнает, бошки полетят. Ясно?

— А что мы сделали? – спрашивает Артур с ласковой улыбкой.

Адаменко подтверждает:

— Ты споткнулась, мы проявили участие.

Качаю головой в немом изумлении. Какие же скоты.

Разворачиваюсь, чтобы уйти, но Илья хватает меня за локоть и дергает на себя. Склонившись, говорит на ухо:

— Видишь же, что твой цепной пес не может быть все время рядом. Я подожду, Черныш.

А потом поднимает руку и касается моих губ подушечками пальцев, надавливает сильно. Паника изнутри просто ошпаривает. Быстрее, чем успеваю подумать, я открываю рот, чтобы в следующее мгновение укусить его за фалангу.

А потом бегу вниз по лестнице, пока Адам воет за моей спиной и кричит:

— Стерва бешеная!

— Сделай уколы от столбняка, Илюш! – отвечаю, повысив голос, и почти скатываюсь с последнего лестничного пролета.

Вылетаю на улицу и только там перевожу дыхание. Знаю, что никто меня не преследует, но все равно хочу быстрее оказаться как можно дальше от школы. Сворачиваю в ближайший двор и движусь дальше по какой-то путанной траектории.

Прихожу в себя, когда телефон в кармане начинает вибрировать. Принимаю звонок, даже не глядя на то, как определяется номер:

— Да?

— Птичка, как насчет ответить? – слышу низкий голос на том конце.

Отвожу смартфон от лица, чтобы зачем-то прочитать «Руслан» на экране. Я и так знаю, что это он.

— Я… – говорю неуверенно, замерев посреди тротуара, – я в порядке. Просто была на занятии.

Несмотря на стресс, заставляю мозг работать на пределе. Рассказать Капралову о том, что произошло? Ни за что. Во-первых, я страшно боюсь, что он посчитает меня слишком проблемной. А во-вторых, я просто банально жалею его. Конечно, совсем не знаю этого парня, но по обрывкам информации нетрудно догадаться, что жизнь у него не сахар. Социально-реабилитационный центр, психолог, дядя. Не мама и папа, а дядя. Я могу строить миллион догадок, но ни одна из них не выглядит достаточно радужной.