Деревенское счастье опера Морозова, или операция Женить папу - Оливия Стилл Страница 25

Благо приучил к честности, что уже немаловажно…

Ваня молчал.

Из него изменений клещами не вытащишь, да и мне они были не нужны. Я его отец и меня, по сути он и не задел, а вот Таню… Перед ней извиниться явно стоило.

К тому же это был прекрасной причиной зайти в гости и прощупать обстановку…

Корыстно? Может быть…

Имею право!

— Итак, – начал я, чуть не засмеявшись, когда сын напрягся. Прямо как я. – Сейчас ты переодеваешься, моешь руки, ужинаешь, и мы идём к Татьяне Николаевне, и ты перед ней извиняешься.

— Но, пап! – широченные глаза уставились на меня. – Придётся же всё рассказать, а меня будут считать стукачом!

— Мне же ты рассказал, – резонно заметил я.

— Ты не расскажешь, а она накажет всех!

— Так, ты поговори об этом с ней. Я уверен, она прислушается.

Ребёнок насупился.

Конечно, кому захочется идти и сознаваться?

Да и Ванька у меня был не из тех, кто так легко сдаётся. У сына был тяжёлый характер, да и упрямый нрав. Весь в меня.

Когда он начал подрастать и впервые творить всякое, я обратился к бабушке. Она мне тогда очень умно ответила, что я запомнил это на всю оставшуюся.

— Он мальчик, Жень. У него в природе не заложено извиняться и подстраиваться. Ни к кому. С чего ты взял, что ты станешь исключением? И чтобы в тридцать лет он стал тем, кем может стать, ты должен выступать буфером между ним и всем миром. Твой сын не должен быть удобным, потому что, если ты поймёшь, что с ним легко, значит, пора бить тревогу.

Дай ему получить опыт. Дай ему занять своё место.

Но помни.

Уроки, которые даёт жизнь, бьют порой больно. И чтобы у ребёнка не возникло вседозволенности, периодически делай так, чтобы он нёс ответственность за свои поступки.

Именно так я и поступлю сейчас.

Да, я стараюсь не ругать и воспитывать в нём настоящего мужчину, но когда он явно накосячил, придётся преподать урок.

Извинения – это не конец света.

Ох, знал бы я, чем закончатся эти извинения…