Несносный венценосный - Маша Ловыгина Страница 3

Определенно, наука человеческих взаимоотношений самая трудная, с пестиками и тычинками куда как проще и понятнее.

Аурелия достала маленький блокнотик в бархатной обложке, инкрустированной россыпью рубинов, и повернулась к фрейлинам. Розинда тут же открыла серебряную чернильницу, которую прихватила по приказу принцессы.

«Любовь – величина непостоянная, — вывела Аурелия и прикусила кончик пера. – А значит, нечего тратить на нее драгоценное время».

— Что и требовалось доказать!

Хотя, одно маленькое исключение из этого правила все же было – ее родители. Король так любил свою королеву, что после ее смерти не стал искать себе другую жену.

— Не вижу смысла оставаться! — громко заявила Аурелия. – Здесь нет ничего интересного! И, кстати, кажется, кое-кто совсем не дорожит своим местом во дворце!

Стоны оборвались, кусты зашевелились, затем раздались быстрые шаги и шелест юбок.

— Господи, какая скука! Пойду лучше к главному лекарю, позанимаюсь анатомией. Кстати, а вы знали, что у осьминога три сердца?

— Ой! – воскликнула леди Розинда.

— Не может быть! – удивилась леди Люсинда.

— Ваше Высочество! Ваше Высочество!

— Тысяча чертей! Кого там опять нелегкая принесла! – притопнула Аурелия атласной туфелькой, а фрейлины покраснели, услышав подобное от принцессы.

— Это министр Внутренних дел, — привстав на цыпочки, сказала леди Розинда.

Аурелия хмыкнула и пошла ему навстречу. Все же министры по пустякам по саду не носятся.

— Ваше Высочество! – запыхавшись, поклонился министр.

— Ну, что там у вас произошло?

— Его Величество просит вас к себе.

— Зачем? – Аурелия закусила губу и с подозрением уставилась на министра.

— Дело государственной важности, — склонился министр еще ниже.

— Так я вам и поверила, — отмахнулась принцесса и, подобрав подол небесно-голубого, испачканного чернилами платья, зашагала во дворец.

— Папенька! – воскликнула она, когда лакеи раскрыли перед ней двери тронного зала. – Что-то случилось?

Король стоял у окна и смотрел на бушующий летними красками парк. Увидев дочь, он поманил ее пальцем:

– Аурелия, я хотел поговорить с тобой о важном. О тебе.

Левая бровь принцессы взлетела вверх, выдавая разочарование. Все разговоры о ней в последнее время сводились исключительно к браку.

— Надеюсь, это не займет много времени, — мило улыбнувшись, сказала она. — У меня еще урок анатомии.

— Послушайте, дитя мое, завтра ваш день рождения, а это важнее любых уроков! Именно поэтому я объявил празднества, которые будут продолжаться целых десять дней!

— Ну ладно, — пожала плечами принцесса, — празднуйте! Разве я против?

— Э, нет, моя дорогая, вам предстоит быть участницей всех балов! Совершеннолетие стоит отметить с размахом!

— И я совершенно не против, Ваше Величество, лишь бы этибалы не мешали моим занятиям!

Король Фердинанд замер с открытым ртом, затем поправил корону и нахмурился:

— Аурелия, ты стала взрослой, поэтому тебе следует серьезно подумать о замужестве.

— Я подумаю, обещаю! — заверила она. — Как-нибудь, когда-нибудь, может быть… Сейчас мне право некогда.

— Это шутка такая? – растерялся король.

— Папенька, ведь и вы не всерьез все это сказали? Помилуйте, какое замужество, когда я еще образование не получила?

— Ты более чем образованна, дитя мое! Твоим знаниям позавидует любой в нашем королевстве!