Навязчивый мотив. Клуб 27 - Вероника Артт Страница 3

Второй, слышащийся чуть глуше, отвечал:

— Плохо. Машину утром пригнал во двор, а колесо полетело. Полдня просидел, ковырялся.

Это был голос соседа! По рукам поползли мурашки: то ли от возбуждения, то ли от прохлады, веющей с улицы. Но я не пошевелилась, решив узнать, что собеседники будут говорить дальше.

— Так ты съездил или нет? – снова спросила женщина. – Машина машиной, а грядки сами себя не польют. Помидоры-то высохнут.

— Съе-е-ездил, – протянул сосед. – Только дороги там опять ни к черту. Ну, дожди ведь шли, все и размыло. И так болото, а стало вообще не пойми что: «кися-мися». До огорода еле дополз, а когда домой надо было собираться – плюнул, не поехал. Не хватало еще застрять в грязюке под ночь. – Мужчина внезапно прервался, и я догадалась, что он по своему обыкновению затягивается сигаретой. – Там и остался ночевать. И хорошо. Выехал под утро – завяз. Ладно, мужики, что у сторожа гостили, помогли, растолкали. А то так бы и прокуковал там до полудня. Правда, машина вся уханькалась, придется мыть.

Я отстранилась от двери.

«Получается, если верить сказанному, то этой ночью соседа не было в доме?..

Но кто тогда?..»

Распираемая вопросами, которые, как взрывающийся попкорн, начали прыгать в голове, я распахнула дверь.

Как и ожидалось, у подъезда стояла женщина лет шестидесяти с пустой хозяйственной сумкой в руках. Наверное, собралась с утра пораньше за продуктами.

Переведя взгляд на знакомое окно, я увидела соседа с пахучей дымящейся сигаретой. Оба жителя пятиэтажки повернули ко мне головы.

— Здравствуйте, – медленно кивнув, сказала я.

— Доброе утро! – приветливо ответила женщина, а усатый мужчина только лишь качнул сигаретой.

— Простите, – я обратилась к обоим. – А вы сегодня ночью, случайно, ничего не слышали?

Говорила я о шуме, что меня разбудил, а также о беготне по подъезду, в общем, о том, кто подглядывал в мой глазок.

— А что, кто-то опять вопил под окнами? – мрачно спросил сосед.

— Ночью нет, – перебила его женщина. Дальше она продолжила говорить таким тоном, словно приглашала меня к какой-то любопытной сплетне. – Но под утро, часов в семь, был сильный грохот! Наверное, у кого-то шкафчик с посудой упал. Такой звон стоял!

«Понятно, – подумала я. – Видимо, она слышала только великое падение моей Пизанской башни из стульев и столовых приборов».

— А что? – спросила дама, сочувственно глядя на мое подернутое тенью лицо. – Вас это тоже разбудило?

Я кивнула – что правда, то правда.

Теперь же повернулась к соседу. Сейчас было совершенно плевать, что он обо мне подумает. Вопрос, мучающий меня на протяжении последних минут, вырвался наружу:

— А вас сегодня ночью не было дома?

Тот озадаченно повел усами, а потом, нахмурившись, сказал:

— Ну, не было. Тебе-то что?

— Ничего. Ла-а-адно, – так же медленно, как он растягивал некоторые слова, произнесла я. Мозг, что некоторое время назад функционировал с неадекватной скоростью, прекращал свою деятельность. – Хорошего вам всем дня. А я поеду на работу.

Женщина, казалось, хотела продолжить разговор, но махнула рукой, переадресовав мне мое же пожелание, а мужчина промолчал.

Направляясь к матизу, я специально прошла мимо соседской машины.

Семерка, как он и сказал, знатно «уханькалась»: рыжая, местами уже подсохшая на солнце грязь облепляла бампер, да и вообще всю нижнюю часть машины.