В поисках совершенства - Коллин Гувер Страница 3

Чему уж тут радоваться!

— Думаю, я могу помочь.

— Нет, не можешь.

Откинув одеяло, Ханна подходит к двери, закрывает ее и разворачивается ко мне. Она хмурится, радостный огонек в глазах потух.

— За то время, что я здесь, ты еще ни разу не пошутил. У тебя что-то случилось, и, как старшая сестра, я хочу знать, что именно. Если сам не расскажешь, соберу семейный совет.

— Только попробуй!

Ненавижу семейные советы. Казалось бы, мы должны решать наши общие проблемы, а в итоге все только о моем поведении и говорят.

— Спорим? – подначивает Ханна.

Издав протяжный стон и закрыв лицо руками, я глубже зарываюсь в кресло-мешок. Справедливости ради, Ханна, вполне возможно, единственный голос разума в этом доме. Чанк еще слишком мала и ничего не поймет, отец, как и я, слишком инфантилен, а мама сразу с катушек съедет, если узнает нашу с Сикс тайну.

Не хочу ни с кем это обсуждать. Пожалуй, только Ханне я и мог бы довериться. Помимо Скай и Холдера, конечно, но к ним не пойдешь – они поклялись даже не заикаться на эту тему.

Боюсь, если я не поговорю с кем-нибудь, мы с Сикс точно расстанемся. И все это именно сейчас, когда я уже не представляю себе жизнь без нее.

Глубоко вздохнув, я сдаюсь.

— Ладно, только сядь.

Во взгляде Ханны снова появляется радостное возбуждение. Буквально запрыгнув на кровать, она устраивается в позе лотоса рядом с кучей одеял и, подперев рукой подбородок, вся в предвкушении, застывает.

Несколько секунд я думаю, с чего начать: как передать суть дела без лишних подробностей?

— Звучит как полный бред, – наконец решаюсь я, – но года полтора назад я потрахался с одной девчонкой в школьном чулане. Было темно, и я даже не знал, кто она.

— Ну, не такой уж бред, – вставляет Ханна. – Вполне в твоем духе.

— Погоди, это еще не все. Самое бредовое – когда я стал встречаться с Сикс, выяснилось, что это она и была. Ну и… она забеременела. Только она тоже еще не знала, кто я, и отдала ребенка на усыновление, причем закрытое – ей неизвестно, кто его забрал. Получается, я вроде как отец и одновременно нет, а Сикс как бы и мать, и не мать. Мы думали, что все наладится и у нас получится это пережить, но, похоже, не справляемся. Она все время тоскует, и мне плохо, потому что ей плохо. А когда мы вместе, нам вдвойне хреново, так что мы даже видеться почти перестали. Думаю, она меня бросит.

Кресло-мешок защищает меня от взгляда Ханны, и я сижу, уставившись в потолок; на нее даже посмотреть боюсь после того, как все вывалил. Целая минута проходит в молчании. Не выдержав, поворачиваю голову.

Ханна, застыв как статуя, в ужасе таращит на меня глаза. Можно подумать, я сказал ей, что от меня кто-то залетел! Хотя постойте – именно это я и сказал. Очевидно, Ханна в шоке. Любой на ее месте был бы в шоке.

Даю ей еще некоторое время, чтобы все переварить. Она, конечно, думала, что у нас будет самый обычный разговор о том, как мы с девушкой не можем найти общий язык, и уж точно не ожидала услышать, что у нее есть, скажем так, племянник, которого она никогда не увидит.

— Да-а-а уж! – протягивает она. – Вот так новости. Все и правда очень сложно.

— Я же говорил.

Повисает молчание. Ханна трясет головой – по-прежнему не в силах поверить. Пару раз она порывается что-то сказать, но осекается.