Учительница сына. Будешь моей - Анастасия Сова Страница 30

— Секунду, — прошу я, а сам пока закрываю рот ладонью.

Мне нужно переварить все увиденное. Смех реально сложно сдержать. Но я стараюсь.

Бросаю взгляд на зайца, а у того от беспокойства глаза бегают. Еще, наверное, и ладоши потеют.

Ну, какой он «парень»? Задрот, блядь, обыкновенный!

Очки эти беспонтовые. Рубашка в клеточку. Штаны чуть ли не до сисек.

Звездец, училка! Это что за, мать его, представление?! МХАТ отдыхает!

— Парень, значит?! — спрашиваю, стараясь не усмехнуться.

Все равно не получается. Уголок рта сам ползет вверх.

— Да, парень! — дерзко отвечает Диана. — Надеюсь, теперь все вопросы ко мне будут сняты? А долг за машину я верну через суд.

Училка сегодня просто сделала мой день.

Задрот же за это время ни слова не сказал. Стоит, трясется. Наверное, боится, что сейчас скажу ему: «Пойдем выйдем».

Ну, я бы тоже зассал на его месте, потому что один мой кулак, поди, размером с его очкастую головешку.

— А можете поцеловаться? — спрашиваю я. Стараюсь делать это серьезно, но как, блядь, тянет ржать!

— Не будем мы целоваться! — раздувая щеки, заявляет учительница.

— Это еще почему? Я тогда не поверю.

— Потому что это наше личное дело. Да, Леш?!

Тот только кивает, сглатывая.

— Я жду, училка. А ждать я не люблю.

Вижу, как меняется выражение лица Дианы. И как она принимает неизбежное, касаясь своими губами гладко выбритой щеки зайца. Я прямо жду, как она после этого примется вытирать губы. Или ее стошнит.

Но девчонка вместо этого тараторит:

— В общем… я все сказала. И сделала. И… мы пойдем.

Хватает Леху за потную ладошку.

— Стоять! — рявкаю на обозревшую парочку.

Меня много раз наебать пытались за мою жизнь, и это правда. Но так бездарно впервые.

Заяц дергается, в отличие от училки.

— Леш, пойдем! — продолжает тащить его она.

— Стоять, я сказал! — рявкаю еще более грозно.

Приходится привлечь внимание всего ресторана. И меня это бесит.

Правда, хватает одного моего взгляда, чтобы другие гости вернулись к своим тарелкам.

— Да что вам опять непонятно? — вздыхает Диана.

— Значит, так.

Достаю из кармана бумажник. Вытаскиваю красную пятитысячную купюру. Потом добавляю к ней еще одну. Протягиваю Лехе.

— Давай, заяц, бери!

Тот мешкает.

— Бери, а то сверху могу еще и навалять!

— Диан, прости, — виновато пищит трусоватый «жених», но все же берет у меня деньги.

— Наверняка, здесь больше, чем она тебе обещала.

— Я ему ничего не обещала! Вы что творите?!

— А ты — села! — командую учительнице, когда мы остаемся наедине.

— Не буду! — она скрещивает руки на груди. И задирает нос.

А меня охуеть, как заводит ее неприступность.

Хотя, был уверен, эта дура поскачет на выход за зайцем. Но она почему-то осталась.

Хотя, я в курсе почему.

Несмотря на внешний протест, ее киска течет. И мне кажется, что я даже на расстоянии чувствую ее дурманящий запах.

— Села, я сказал!

Вздыхает, но садится.

— Думала, я куплюсь на твой дешевый развод?

— Это не развод. Леша правда мой парень. Он просто испугался.

Все еще на меня не смотрит.

Подзываю пока официантку.

— Пакеты забери, — киваю в сторону вещей, брошеных училкой на стол.

— Отнести в вашу машину? — уточняет девушка. — Или убрать до конца ужина?

— Себе забери, — поясняю ей.

— Простите?! — а у самой глаза загораются при виде логотипов, напечатанных на пакетах.