Другие методы - Полина Ветер Страница 37

Никогда бы не подумала, что врач-гинеколог с идеальной репутацией будет отговаривать меня от родов, учитывая, что другая беременность в моём случае и вовсе может не наступить!

— Я ни при каких обстоятельствах не откажусь и не избавлюсь от него по доброй воле, – шиплю доктору в ответ. – Пусть мне придётся всю оставшуюся жизнь проваляться на этой койке – мой ребёнок родится и будет счастливым. По-другому просто не может быть.

Мгновение – и губы Арама Суреновича вместе с усами растягиваются в улыбке.

— Я знал, что в вас не ошибся. – Он поднимается со стула и поправляет халат. – Ваше упорство и мой опыт помогут нам в этом нелёгком деле, Ольга. Мы сделаем всё возможное и родим этого малыша.

В душе я понимаю, что это была какая-то проверка, но умом не могу принять. Как я теперь смогу доверять ему, после таких разговоров?

Ненавижу. Долбаные. Больницы.

— Отдыхайте, моя дорогая. Я напишу назначения. Через неделю сделаем контрольное УЗИ, и если всё будет хорошо, может быть, отпущу вас домой к мужу.

Выдыхаю.

Это обнадёживает.

— Спасибо, доктор.

— Не благодарите. Думаете, нам, мужчинам, легко, когда жёны беременеют? – Он хмыкает и потирает объёмный живот. – Сплошные нервы с вами… Три дочери! – Потирает пальцами усы. – Шайтан, я с ума чуть не сошёл. А теперь верёвки из меня вьют.

Качает головой и выходит из палаты, оставляя меня в растрёпанных чувствах.

* * *

— Неважно выглядишь, Серёжа.

Странное замечание, учитывая, что мой «фэйс» чаще всего выглядит так, будто по нему катком проехали.

— Нормально всё со мной. Как Оля?

Мы сидим за столом в кабинете Арама, как много раз до этого. Только сейчас ситуация отличается моей нервозностью, чувством вины и странным небезразличием к той, кого я привёз сюда глубокой ночью.

— Кровотечение остановили. Ей дали успокоительное, чтобы уснула. Успели вовремя, слава богу.

Даже акцент этого мужика не портит. Он как-то умеет расположить к себе.

Киваю.

— Спасибо тебе.

— Я не вправе давать тебе советы, Серёжа, но ты уверен, что готов к этому?

— К чему?

— К сложной беременности. К отцовству. Твой сын уже взрослый, а эта девушка уже не восемнадцатилетняя сикушка, для неё этот ребёнок явно запланирован и желанен.

Насчёт «запланирован» я и сам задумывался не раз.

Только как можно что-то планировать, если твои шансы – пять процентов из ста?

Вряд ли.

— Оля – хорошая девушка с виду. Она не похожа на всех остальных. К тому же старше намного… Что это всё значит, друг мой?

Я поднимаю на него взгляд.

Этот гуру акушерства не раз оказывал мне услуги, я приводил к нему почти всех своих партнёрш, потому что только ему могу доверять, зная: никуда дальше клиники информация не выйдет. А мне никакие лишние слухи ни к чему.

У нас взаимовыгодное сотрудничество.

Раньше, когда я ещё практиковал сеансы с молоденькими девчушками, он осматривал их, подбирал контрацепцию – в общем, был моим помощником в таком деликатном вопросе, как сексуальное здоровье этих девочек, что обуславливало моё спокойствие.

В случае с Олей всё сразу пошло не «по прямой».

Мы попали к Араму не сразу после договорённости о сеансах, а когда уже «запахло жареным». И это полностью моя вина.

— Если бы я знал, Арам… С ней всё сложно.

— Мы знаем друг друга уже давно. – Он достаёт из резного портсигара папиросу и подносит её к своим шикарным усам. Вдыхает. Часто так делает, после того как бросил курить. – Я никогда не вмешивался в твои дела, ты знаешь…