Бывший муж. Чужая кровь - Лила Каттен Страница 39

— Я не могу, – почти шепотом говорю, чувствуя, как жжет глаза.

Ее выдох чувствуется как удар в грудь. Я не хотела быть ее разочарованием, но мне приходится, потому что я не справлюсь.

— Я понимаю. На другое и не надеялась, если честно. Прости, что настаивала, это было неправильно.

— Прости, что не могу этого сделать.

— Не нужно, – отвечает быстро, сдавленным голосом, словно пытается побороть накатывающие слезы. – А куда поедешь? Решила уже?

— Что-то вроде того. Как только выберу место, скажу.

— Мама, конечно, с ума сойдет, она уверена, что ты вернешься на обложки журналов.

— Конечно, она этого хочет. Но сколько бы я ей ни говорила, она не понимает меня.

Это каждый раз доходит до скандалов. Хотя после того, как я решила родить ребенка, она не так часто выходит на связь. Но не забывает иногда посылать почтой фитнес-журналы о том, как быстро прийти в форму после родов. Истории успехов мировых знаменитостей. В любом случае, мне не особо интересно ее благополучие. Я думаю о своем. И если она не понимает меня, я не обязана делать то же самое в ее отношении.

— Мама вообще мало кого понимает. Сейчас у нее новое лицо и…

— Настя? – неожиданно доносится из трубки голос Елисея. Он далеко, но я точно его узнала.

— Черт… – выкрикивает она, и до меня доносится возня, словно она попыталась спрятать телефон в сумочку или карман. – Чего тебе?

— Это Василиса? Ты говоришь с ней? – чуть ли не кричит он, а у меня сердце выпрыгивает из груди.

— Ты в своем уме? Караулишь меня у дома и набрасываешься с вопросами? Уходи. Не твое дело, с кем…

— Покажи.

— Что?

— Покажи телефон. Настя, я тебя прошу. Умоляю, покажи телефон.

— Я на тебя заявление напишу.

«Боже, что там происходит?»

Как часто он вот так ее встречает у дома?

Я молча слушаю его голос, и боль в груди усиливается.

Девять месяцев я задвигала эти чувства. Они становились прозрачными, но не исчезли полностью, теперь же я слышу его крик. Его злость. Его отчаяние…

— Верни, – рычит сестра, а в трубке теперь слышно его тяжелое дыхание.

Мой рот приоткрывается, а слезы стекают по щекам. Он молчит какое-то время. Я тоже молча слушаю.

— Милая, – ломким и подавленным голосом зовет он меня. – Прошу тебя… прошу… Родная, ответь мне. Я просто… я хочу… боже…

Насти не слышно. Видимо, решила оставить как есть. Дать возможность ему услышать тишину. А мне решить, сказать ли ему что-то или же…

Он по-прежнему ищет меня. На что-то надеется даже после развода. И он должен прекратить искать свою жену. Та женщина осталась лежать на холодном бетоне заброшенной типографии. Я даже фамилию изменила не на свою девичью, а на бабушкину.

— Прекрати, Елисей, – произношу эти слова и стараюсь, чтобы голос звучал твердо.

— Это ты… – только и отвечает он. – Девочка моя… – называет как прежде, и я тороплюсь завершить разговор, пока не рухнула в пропасть окончательно.

— Забудь меня и больше не приходи к моим родным. Все кончено!

— Ва…

Я отключаю вызов и хватаю воздух ртом. И пока я прихожу в себя от этого разговора, внутри меня словно лопается шарик, и живот резко опускается вниз.