Графиня снова выходит замуж - Нина Матвеева Страница 4

Вдовствующая виконтесса Чалмерс собрала вокруг себя целую компанию знатных дам и восседала теперь с чрезвычайно довольным видом. В её руках трепетал веер с восточным орнаментом, на голове красовался головной убор, чем-то напоминающий тюрбан, а в ушах сверкали тяжёлые серьги. Виконтесса, пожалуй, была единственной великосветской леди, позволяющей себе такие смелые образы, и в прошлом нередко становилась законодательницей новомодных течений. Не исключено, что и в этот раз её восточный стиль будет подхвачен дамами и их модистками.

— ...выглядит очень хорошо, — донёсся до Виктории оживлённый шёпот.

— Просто тростинка, будто и не вынашивала принца!

— Когда я увидела талию её высочества, то глазам своим не поверила...

— Вы полагаете, дело в корсете?

Едва уловив смысл разговора, Виктория невольно замедлила шаг. Присоединяться к компании виконтессы посреди такой беседы ей не хотелось — слишком уж щекотливой казалась тема. Словно тропинка, на которой можно легко поскользнуться и съехать в лужу у всех на глазах. Нет, Виктория была совсем не прочь обсудить корсеты или талии, кому бы те ни принадлежали, однако она ещё и неплохо помнила привычки леди Чалмерс, любимым развлечением которой были сплетни и провокации. Виконтесса частенько подстрекала собеседниц на неосторожные комментарии и делала это лишь для того, чтобы отчитать потом свою жертву в самой суровой манере.

— Её высочество ни капли не поменялась, — доверительно произнеслаледи Чалмерс, дёрнув тонкими бровями, — а вот его величество, кажется, поправился, не правда ли? Особенно в области талии...

— Да, судя по фигуре, принца вынашивал именно он, а не королева!

Раздался один единственный сдавленный смешок. Виктория окончательно остановилась, сделав вид, будто услышала чей-то оклик, а виконтесса Чалмерс заговорила громким и не терпящим возражений голосом:

— Впредь не говорите при мне такой чепухи, леди Эстер! Не желаю слышать ничего дурного в адрес нашего короля! Боюсь даже думать, какие ещё бредовые идеи могут прийти вам на ум, но постарайтесь держать их при себе, как полагается воспитанной даме.

— Я не хотела... я не имела в виду дурного...

— Довольно уже того, что мы все услышали.

В самом деле, ничего не изменилось в высшем свете. И чем отчётливее Виктория это осознавала, тем тяжелее становилось на душе. От одной только мысли, что сейчас ей придётся с улыбкой приветствовать всю компанию виконтессы Чалмерс, в груди неприятно кололо. Неужели три года, проведённые в уединении в родовом поместье, сделали Викторию такой? Неужели она настолько одичала, что теперь даже простой обмен любезностями с хорошо знакомыми ей дамами вызывает такое сопротивление внутри?

— Леди Видмор!

С трудом стряхнув гнетущие мысли, Виктория обернулась на голос. Зал, полный гостей и движения, на мгновение расплылся перед глазами, и она вынужденно переступила с ноги на ногу. Только когда её повторно окликнули, Виктория окончательно сфокусировала взгляд. От столов, где расположились джентльмены, к ней прихрамывающей, но бодрой походкой приближался барон Шелбрук — добрый приятель покойного супруга Виктории, — и она поспешила к нему навстречу, малодушно радуясь своему избавлению. Позже Виктория непременно поприветствует и виконтессу Чалмерс, и леди Эстер Морланд, неосторожно угодившую в ловушку своей подруги, и, возможно — чем чёрт не шутит, — даже побеседует с леди Лукрецией Уиншем, которая в этот самый миг придирчиво осматривала Викторию в лорнет, но только не сейчас. Сейчас ей нужно восстановить равновесие в привычной и спокойной компании.