Развод. Мы (не) простим - Джулиан Хитч Страница 40

Глава 22

Какая же я дура. Наивная, слепая дура!

Слова, подслушанные в коридоре, жгут изнутри, как раскалённый металл. «Семья сегодня не самая плохая инвестиция в бизнес». Каждое слово вонзается в сердце, оставляя рваные, кровавые раны. Ваня снова обманул. Втёрся в доверие, приодел, окутал ложной заботой, а я, как последняя идиотка, поверила в эту жалкую пародию на примирение. Он может сколько угодно клеймить Толю, выставляя его монстром, но сам оказался гораздо хуже, потому что подарил надежду и сам же растоптал её в грязи.

Пальцы трясутся так, что только с третьей попытки попадаю по нужной иконке, чтобы вызвать такси. Скорее. Нужно просто уехать. Забрать Диану и вернуться домой. Даже соседство с Толей больше не пугает — его откровенная агрессия была честнее этого сладкого, ядовитого предательства.

— Инга! Стой! Что случилось?

Резко оборачиваюсь. Ваня выскочил на улицу, его лицо искажено тревогой. Шагает ко мне и пытается коснуться плеча, но я отшатываюсь, как от прикосновения гадюки. Он вызывает лишь волну омерзения. Жалкий, ничтожный человек. Презренный слизняк, торгующий чужими чувствами.

— Ты солгал. Нарушил слово, — стараюсь говорить спокойно.

— О чём ты? Объясни!

— Ваня. — Мой голос тихий, но натянутый как струна. — Смотря мне в глаза и зная, что я уйду, если ты солжёшь, скажи честно: зачем я здесь?

Он замирает. В его глазах мелькает понимание — игра закончилась. Маска сорвана.

— Ладно, — сдаётся он. — Я должен был тебе признаться. Поверь, я действительно хотел к тебе вернуться. Но тянул, зная, что ты будешь тыкать меня носом в прошлое. И да, — его голос становится жёстче, хотя я отчётливо слышу желание оправдаться, — эта сделка стала тем самым пинком. Той самой причиной, чтобы наконец решиться. Мужчины не любят отказов. А крах — пугает.

Не могу сдержать усмешки, потому что не верю ни единому слову. Я ведь слышала, с каким цинизмом он говорил с Митей. И там было совсем не о том, что сделка стала лишь поводом. Многомиллионный контракт — вот настоящая причина.

— Деньги? — выдыхаю я. — Всего лишь деньги всё решили.

— Это нечестно! — вспыхивает он. — Ты выставляешь меня меркантильным ублюдком!

— Я не выставляю, — устало качаю головой. — Я пытаюсь понять, когда цифры на счету стали для тебя дороже всего остального. Дороже нас.

— Инга, я увидел сейчас твоё лицо, — Ваня меняет тактику: его взгляд становится умоляющим, — такое же, как тогда, когда ты всё узнала, и понял, что мне не нужен ни этот клиент, ни эта сделка. Я могу их потерять, а тебя — нет! Только не снова. Я здесь, а не там! — Он резко машет в сторону ресторана. — Разве это ничего не значит?

— А что это меняет, Ваня? Твои оправдания ничего не исправят. Сначала ты предал меня ради другой женщины. Теперь — ради денег. Где гарантия, что не будет третьего? Ради чего-то ещё?

— Когда я вёз тебя сюда, я уже всё понял! — Ваня срывается на крик. — Мне плевать на эту сделку! Да, он не работает с теми, у кого нет семьи! Но я готов ему всё рассказать!