Развод. Его тайна сломала нас - Софа Ясенева Страница 50

Алиса хмыкает, словно проверяет эту мысль на вкус.

— Тогда ему большие игрушки не подойдут.

— Не подойдут, — соглашаюсь спокойно.

Она кладёт игрушку обратно, проводит пальцем по полке, и я замечаю, как в её взгляде появляется интерес.

Чуть позже мы оказываемся у стенда с одеждой, и я начинаю перебирать вещи, прикидывая, что может понадобиться в первые месяцы. Юра стоит рядом, время от времени что-то берёт, спрашивает моё мнение, и я ловлю себя на том, что мне нравится, как всё идёт.

— Он будет мальчик или девочка?

— Мы пока не знаем, — отвечаю спокойно. — Узнаем позже.

Алиса задумывается, потом кивает, принимая это как факт.

— А если мальчик, он будет мой брат?

— Да, — говорю мягко. — Если мальчик — брат. Если девочка — сестра.

Алиса опускает взгляд на мой живот. Некоторое время молчит, а потом неожиданно тянется и осторожно касается ткани моего платья. Не самого живота, а рядом, как будто ещё не решается.

Остаток дня проходит спокойно. Мы возвращаемся домой, раскладываем покупки, и я не чувствую усталости от самого процесса, только лёгкую тяжесть в теле, которая больше связана с беременностью, чем с происходящим вокруг.

Алиса крутится неподалёку. Не вмешивается, но и не уходит, как раньше. Периодически подходит, смотрит, что я делаю, может задать короткий вопрос и тут же отступить, словно проверяет, насколько это безопасно — быть рядом.

Я не тяну её к себе, не пытаюсь вовлечь специально.

Юра уезжает ненадолго по делам, и мы остаёмся вдвоём. И вот это раньше всегда было самым сложным. Сейчас иначе.

Я сажусь на диван и машинально кладу ладонь на живот. Это уже привычный жест, но сегодня я вдруг особенно чётко ощущаю под пальцами тепло, жизнь, которая растёт внутри.

Алиса появляется в дверях гостиной, останавливается, наблюдает. Я замечаю её боковым зрением, но не спешу реагировать.

Она медлит, потом делает несколько шагов вперёд.

— Он будет… ну… жить с нами?

Вопрос звучит настороженно.

— Да, — отвечаю спокойно. — Конечно.

Она поджимает губы.

— И ты будешь с ним всё время?

Я чувствую её страх, который никуда не делся.

— Я буду с ним много времени проводить, да. Как и с тобой.

Она резко поднимает на меня глаза.

— Со мной?

— Да, — повторяю мягко. — Ты часть нашей семьи.

Она смотрит ещё пару секунд, словно пытается уловить подвох, но не находит. Отводит взгляд.

— А если он будет плакать? — спрашивает уже тише.

— Будет, — улыбаюсь. — Маленькие дети часто плачут.

— И ты будешь к нему идти?

Я чувствую, как внутри всё сжимается от этого простого, но такого важного вопроса.

— Буду, — отвечаю честно. — Но это не значит, что ты станешь для меня менее важной.

Она молчит.

И я понимаю, что сейчас нельзя начинать уверять, обещать идеальную картинку. Ей нужно не это.

— Я не смогу быть идеальной, — добавляю спокойно. — Иногда буду уставать, иногда — раздражаться. Но это не потому, что ты плохая или лишняя. Просто так бывает.

Алиса медленно поднимает на меня взгляд.

— А ты меня не выгонишь?

Сердце на секунду пропускает удар.

— Нет, — говорю тихо, но уверенно. — Не выгоню.

Она смотрит на меня долго, почти не моргая, будто пытается запомнить это.

Потом отворачивается, садится рядом на диван, оставляя между нами небольшое расстояние.

Я не пытаюсь заполнить паузу, даю ей возможность самой решить, что делать дальше. Алиса крутит в руках край футболки.