Запретная роль - Оксана Хващевская Страница 58

Глава 8

— Стоп. Снято! — эхом пронеслось по всей съёмочной площадке. — Перерыв — пятнадцать минут. Мария и Дмитрий, готовьтесь к следующей сцене! — последовало распоряжение главного режиссёра.

Маша улыбнулась своему партнёру и, прихватив со стула листы с текстом сценария, решила, что пятнадцать минут ей вполне хватит для того, чтобы выпить кофе и проведать в трейлере Катюшу. За ней во время съёмок присматривал кто-то из актёров или ассистентов.

Съёмки в Калининграде, куда Маша полетела со съёмочной группой, длились уже целый месяц и по графику должны были закончиться только в начале августа. Уже пять недель Маша не была дома, работая почти без выходных, но она ни разу не пожалела, что ввязалась в эту авантюру. Было непривычно и непросто. Но это были очень интересные и насыщенные недели с ночными сменами на Куршской косе и старом маяке в Балтийске, с романтическими эпизодами среди узких улочек города, в парках, садах, набережных, интерьерах роскошных отелей и заброшенных старинных особняков, кафешках и пустырях. Локации менялись каждый день, и смены могли длиться по четырнадцать часов, но Маша не жаловалась, хотя и уставала порой. За этот месяц у неё было всего три выходных, которые она провела с Катюшей в музее янтаря, зоопарке, в рыбной деревне и на пляже. Всё остальное время её ребёнок был на попечении костюмерш и гримёров, помощников операторов, ассистентов режиссёра и прочего младшего персонала, а то и актёров, которые на тот момент не были задействованы в сцене. Когда все были заняты, девочка в одиночестве рисовала, лепила или смотрела мультики в трейлере, который занимала с мамой. Возможно, это и выглядело несколько странно со стороны, но для Катюши подобный образ жизни был привычен и естественен. Она с младенчества ездила с мамой на съёмки, и к этому привыкли все, начиная от режиссёра и заканчивая коллегами-актёрами. Все знали, что Лигорская не замужем, но никто не знал о её родных, считая, что она вообще сирота. Ей не с кем оставить дочку, вот она и путешествует с ней.

Маша Лигорская любила свою работу и атмосферу, которая обычно царила на съёмочной площадке. Она с лёгкостью находила общий язык со всеми и, будучи совершенно непривередливой, никогда не жаловалась, какими бы тяжёлыми ни были условия съёмок. И полностью отдавалась роли, за что её ценили и любили режиссёры. Но здесь, в Калининграде, мысли девушки были не только о фильме, который они снимали, и о своей главной роли, которой её удостоили. В свободные от смен часы, когда полагалось отдыхать или учить диалоги, мысленно Маша возвращалась к Антону Гордееву, вспоминая их свидание в Санкт-Петербурге.

Лигорская думала о нём, вспоминая тот единственный поцелуй, и предвкушала новую встречу. Впервые она мечтала о скорейшем окончании съёмок. В том клубке чувств и мыслей, который рождал воспоминание об этом мужчине, главным было ощущение надёжности и незыблемости, которое она испытывала, находясь рядом с ним. Кажется, в первый раз за прошедшие четыре года она позволила себе чуть-чуть ослабить упряжку, в которую впряглась той осенью, после возвращения из Василькова. За все эти годы она и мысли не допускала о том, что рядом может быть кто-то, способный взять на себя ответственность за неё и Катюшу. Да и не находилось желающих. Собственно, и теперь Маша не знала, как дальше, и не была уверена в том. что будущее возможно для неё и Антона. Она ведь знала его чуть больше недели. Она его знала и совсем не знала… Кто он? А вдруг вообще какой-нибудь криминальный авторитет? Да, пусть его поведение и ухаживание безупречно, но мало ли?