Страсть в ее крови - Патриция Мэтьюз Страница 64

Животное фыркнуло, попятилось назад и рванулось вперед. Ханна отчаянно пыталась удержаться, но хватка на луке слабела… Она упала, видя, как стремительно надвигается земля. Платье на мгновение за что-то зацепилось. Она услышала треск, и ударилась головой о землю.

Ханну обуяла страшная тупая боль, а затем взор заволокла спасительная темнота.

Малколм Вернер закончил дела в Уильямсбурге и вернулся в «Малверн» раньше, чем рассчитывал. Он был доволен жизнью, когда Джон остановил коляску на подъездной дорожке. Сделки были заключены на приемлемых условиях. На следующий год намечается хороший кредит у местных купцов, а также образовался хороший излишек для продажи в Англию. Это самый прибыльный год за все его пребывание в Вирджинии. Он глубоко опечалился, что ему не с кем поделиться этим успехом – ни семьи, ни Майкла.

Выйдя из коляски, Вернер немного постоял у дома, жуя сигару, пока Джон направился к конюшне. Он глядел, как Джон распряг лошадей и отвел их в стойла.

Потом Вернер с нарастающим удовольствием вспомнил о Ханне. В последнее время она стала для него почти что членом семьи. Казалось, девушка проявляла искренний интерес, когда он обсуждал с ней дела на плантации. Вернер был уверен, что она с радостью разделит с ним хорошие известия.

Он хотел повернуться, но застыл на месте, услышав крик из конюшни. Потом увидел бежавшего к нему Джона.

— Черная Звезда! Он исчез!

Вернер нахмурился.

— Исчез? Что значит исчез? Вырвался и сбежал?

— Нет, сэр. Калитка в стойло открыта.

— То есть его кто-то украл?

— Нет, сэр… Думаю… – Джон отвел глаза.

— Что ты думаешь, что? – подхлестнул его Вернер. – Что такое?

По-прежнему не поднимая глаз, Джон глухо проговорил:

— Мисс Ханна… Она возилась с жеребцом.

— И ты ей разрешил? – Вернер схватил Джона за руку и начал его трясти, но быстро перестал. – Нет, тебя я не виню. Мне надо было знать. Эта чертова своенравная девица, если вобьет себе что-нибудь в голову… Думаешь, она его вывела?

Джон посмотрел на него и кивнул. Вернер выругался.

— Она же убьется! Оседлай мою лошадь, Джон, да поживее!

Вернер не стал тратить время на переодевание в костюм для верховой езды и сапоги. Вместо этого он вбежал вслед за Джоном в конюшню в чем был.

Через несколько минут Вернер выскочил из конюшни на коне полным галопом. Теперь, когда его злость немного улеглась, он забеспокоился о Ханне. Чертовка ведь убьется на этом норовистом жеребце! Он вспомнил, о чем думал несколько минут назад и понял, какие перемены Ханна привнесла в «Малверн» за свое короткое там пребывание. Впервые за многие годы «Малверн» стал радостным домом, и Вернер неохотно приписал это девушке.

Он пришпорил коня. Лучше всего начать поиски с пастбища, куда выгоняли лошадей.

Вернер спрыгнул на землю, открыл ворота, вывел коня наружу, закрыл ворота и снова запрыгнул в седло, ударив коня каблуками по бокам. С бьющимся сердцем Вернер оглядывался по сторонам. Сразу за пастбищем он заметил Черную Звезду, оседланного, с волочащимися по земле поводьями и мирно щиплющего травку.

Но где же Ханна?

Тут Вернер заметил на земле яркое пятно. Он направил коня туда. Подъехав поближе, он увидел, что это и вправду Ханна, неподвижно лежащая в неудобной позе.

С бешено колотящимся сердцем Вернер остановил коня и спрыгнул на землю. У него мелькнула мысль, что эта женщина ему далеко не безразлична. Она по-прежнему почти ребенок, и все же… Если Ханна умрет, жизнь его по-настоящему кончится, поскольку она не только вернула в «Малверн» веселье, но и вернула к жизни его самого.