Пламя ада - Кармен Мола Страница 65

— Росана. Не беспокойтесь, это и правда пустяк. Хотите, я приготовлю вам ванну? У сеньора Боады есть специальная система, такую мало где можно встретить. Называется «душ». Вы как будто стоите под дождем.

— Я знаю твою мать. Она работает у меня, – сказала Леонор. – Ее зовут Идалина.

При звуках этого имени будто приоткрылись створки ракушки, в которой пряталась Росана. По ее лицу было видно, что у нее тысяча вопросов, накопившихся за годы разлуки, но она еще не доверяла Леонор и боялась их задать.

— С твоей матерью все в порядке, – поспешила успокоить ее Леонор, чуть подавшись вперед. – В моем доме хорошо обращаются со слугами. Можно сказать, она стала одной из моих самых близких подруг с тех пор, как я прибыла на остров. Идалина рассказывала о тебе и о том, что ты иногда посылаешь ей письма. Она думает, что тебе хорошо на заводе Боады, но это ведь не так, верно? Расскажи, в чем дело, я могу помочь.

— Если вы действительно хотите помочь, передайте моей матери, что я счастлива.

— Кто тебя ударил?

— Никто, сеньора. Вы передадите маме, что все хорошо? Скажите, что я влюблена и однажды выйду замуж за раба по имени Эмилиано. Когда мы освободимся, мы ее навестим.

Леонор собиралась добиться от Росаны правдивого ответа, но глаза девушки наполнились слезами, а дыхание стало прерывистым: страх огорчить мать оказался сильнее страданий. Росана не хотела понапрасну тревожить мать, ведь она все равно не сможет помочь.

— Я передам ей твои слова, обещаю, – наконец сдалась Леонор.

Неприятный осадок от короткой беседы с Росаной еще оставался в душе Леонор, когда она вошла в гостиную. Амалия Бру и Арсенио Боада уже были здесь. Наступил вечер, освещение в комнате было приглушенным, и тени окутывали сидевших за круглым столом. Амалия и Боада едва слышно поздоровались с Леонор и продолжили сидеть в тишине. На столе не было посуды, лишь в самом центре стояла незажженная свеча. Но Леонор, погруженная в свои мысли, не обратила на это внимания. Она собиралась сдержать обещание, данное Росане, но, взглянув на Боаду, поняла, что должна поговорить с ним о том, как в его поместье обращаются с рабами. Может, ей даже удастся выкупить у него Росану и увезти с собой в Гавану. Однако Леонор не успела вымолвить и слова, как Боада встал из-за стола.

— А вот и наши гостьи. Леонор, Амалия, позвольте представить вам мадам Биссон и сеньору Клару де Вильяфранка.

Пожилая женщина вошла в гостиную, опираясь на руку спутницы. Женщина была в длинном черном платье, простом, без украшений – лишь на манжетах виднелись кружева. Седые волосы были собраны в пучок, а глаза скрывали черные очки, в которых в полумраке комнаты наверняка ничего не было видно.

— Bonsoir[1], – едва слышно проговорила мадам Биссон.

Клара де Вильяфранка помогла ей сесть за стол. В отличие от мадам Биссон, она была одета как женщина из высших кругов европейского общества, а ее руки и шею украшали драгоценности.

Прислуга ушла, затворив двери в гостиную. Боада достал спичку и зажег свечу. Огонек дрожал на сквозняке, отбрасывая тени на лица сидящих за столом.

— Вы когда-нибудь посещали спиритические сеансы? – спросила Клара, обводя взглядом присутствующих, и улыбнулась, заметив испуг Леонор: та напряженно думала о том, что ей нужно прямо сейчас встать и уйти. Она терпеть не могла, когда ее втягивали во что-то, чего она не понимала.