Сводные. Том 1 - Лена Харт Страница 68

Меня часто обнимали, даже больше, чем мне бы хотелось. Кажется, сейчас это стало нормой. Женщины, которых я даже не знаю, подходят, чтобы обнять меня в знак приветствия. Знакомые тоже обнимаются. Люди, с которыми сталкиваешься на улице, постоянно пытаются задеть тебя, словно мы близкие друзья, хотя они почти не прикасаются к тебе.

Ненавижу фальшивую привязанность.

Но это другое.

Он крепко обнимает меня, словно я могу упасть, если он этого не сделает. Мышцы, о которых я даже не подозревала, начинают расслабляться, и его губы касаются моей макушки, посылая тёплое покалывание по всему телу. В его объятиях так тепло, что мне хочется забраться внутрь и просто заснуть.

Почему моим родителям было так тяжело? Для меня было вполне естественно хотеть этого от них. Но это не так. Я хочу разделить свою жизнь с людьми, которые меня любят. Хочу смеяться, плакать и вспоминать вместе.

Потому что жизнь счастлива только тогда, когда ею делятся.

Слёзы скатываются по моим ресницам, и внезапное желание прижаться к нему охватывает меня.

Я больше не хочу быть одна.

Не хочу ехать домой, где я одна.

Его шёпот щекочет мою кожу головы:

— Все проходят через трудности, Алиса.

Он делает паузу, и меня убаюкивает равномерное движение его груди.

— Ты не одна. Ты это понимаешь?

Он поднимает мой подбородок, я смотрю на него, почти теряя дыхание от его тёплых глаз, которые смотрят внутрь меня.

— Ты не одна, — шепчет он снова. Мой взгляд падает на его губы, и на мгновение я словно растворяюсь в нём, дышу вместе с ним, и моя кровь пульсирует под кожей, когда я рассматриваю его загорелое лицо, гладкий рот и неровную щетину на подбородке.

Внезапно мне хочется обнять его и спрятаться у него на груди, но он проводит большим пальцем по моей челюсти, и жар, словно волна, распространяется по моему телу. Лёгкая улыбка на его губах исчезает, когда он смотрит на меня сверху вниз.

Наконец, он моргает, словно разрушая заклинание, и опускает руку.

— Одевайся, ладно? — спрашивает он. — Брюки и рубашка с длинными рукавами. Ты со мной сегодня утром.

Отпустив меня, он наливает кофе, и меня охватывает утренняя прохлада. Всё, чего я хочу, — это чтобы он всё еще держал меня, но моё сердце всё равно наполняется теплом. Я с ним сегодня утром.

Поднимаясь наверх, надеваю пару чистых джинсов и носки. Собрав волосы, мгновение колеблюсь, а затем стучу в дверь Егора. В последний раз, когда мы разговаривали, он угрожал меня отшлепать.

После нескольких ударов слышу его тяжелые шаги по полу. Он распахивает дверь, выглядит помятым и опирается одной рукой на дверной косяк, а другой — на дверь, словно пытаясь удержаться на ногах.

Я не извиняюсь. Но и ничего не жду от него.

— Могу ли я одолжить рубашку с длинными рукавами? — спрашиваю я.

Он кивает и оборачивается, закрывая глаза и зевая.

— Да, бери.

Я захожу и обнаруживаю его шкаф, дверь открыта, передо мной уже лежит фланель.

— Чертовски рано, — ворчит он. — Он уже хочет, чтобы я встал?

— Он не сказал.

— Круто, — бормочет он и падает лицом вниз на кровать.

На нём всё ещё вчерашние джинсы, и я оглядываю его комнату, замечая разбросанные вещи: одежду, обувь и мелочи. Здесь грязно, но не слишком.

Взяв рубашку, выхожу из комнаты, закрыв за собой дверь. Обернув рубашку вокруг талии, завязываю узел.