На перекрестках судьбы - Оливер Стормс Страница 76

Андреа едва не поперхнулась.

Прожевав, переспросила:

— Новым кем?!

— А ты еще не в курсе? – уточнила Эмма с энтузиазмом. – Робин, представляешь?! – Сестра наклонилась над стойкой и тихо проговорила: – Мамин любовник старше меня на три месяца.

Брови Андреа поползли вверх, а рот открылся от изумления.

Довольная собой, Эмма выпрямилась.

— Вот-вот! Поэтому не кажись слишком удивленной, когда она будет тебя с ним знакомить, хорошо? У них вроде бы все серьезно. Она счастлива.

Ничего обещать Андреа не могла. Она будто попала в зазеркалье. Все казалось таким, как прежде, но немного отличалось. А еще Эмма выходила замуж. А у мамы завелся двадцатичетырехлетний любовник.

— По-моему, она в шоке, – сказал Робин. – Ты ей даже не дала возможности отдохнуть с дороги.

Андреа тряхнула головой и пробормотала:

— Нет, нет. Просто столько информации сразу…

— Наверное, не стоило тебя так загружать, – задумчиво протянула Эмма. – Ладно, завтра у нас еще будет время ввести тебя в курс дела здесь. А пока… лучше расскажи, как прошло ваше с Алексом путешествие? Нам намекнуть свадебному организатору, чтобы далеко не уезжала?

Андреа не сразу ответила. Она закончила с едой и отставила пустую тарелку. Сделала глоток вина, оттягивая время. Наконец вздохнула.

— Эмма, ты… Как тебе вообще такое в голову пришло? Вы подставили и меня, и его. И для чего? Поиграть в сводников? Как-то… слишком.

Эмма с Робином переглянулись. Он легко покачал головой, но Эмма с ним явно не согласилась. Андреа наблюдала за их переглядываниями со смутным ощущением тревоги в животе. Пришлось выпить еще немного вина.

— Робин, мне нужно поговорить с сестрой наедине, – сказала Эмма в итоге. – Сейчас. Иначе потом я струшу.

Робин вздохнул, поцеловал невесту в висок и направился в гостиную.

— Я пока подготовлю комнату для Андреа, – заметил он, удаляясь.

— Ага, спасибо! – крикнула Эмма ему вслед, после чего повернулась к сестре. – Слушай, у меня к тебе разговор. Только обещай не драться, хорошо?

— Ничего не могу обещать, – заявила Андреа. – Пока мне очень хочется с тобой подраться.

Эмма встала и принялась убирать посуду в машину. Сестра то и дело вздыхала и ворчала себе под нос. Андреа напряженно ждала, вцепившись в столешницу.

В конце концов, Эмма повернулась к ней, уперлась локтями в стойку и начала:

— Ты… в общем, слушай. И постарайся не перебивать. Ты ведь помнишь, что мы с тобой не очень ладили, когда обе жили здесь? Я, если честно, ужасно обрадовалась, когда ты уехала. Ну, поначалу. Ты только не забывай, мне было четырнадцать лет, хорошо? Держи это в голове. Так вот, мне было четырнадцать, я была не очень умной, но очень гордой девочкой, и ты мне не нравилась. Вот вообще.

Нет, иногда ты была ничего… Ты не подумай, я помню, как ты поддержала меня, когда родители вывалили на нас новость о разводе. Но чаще ты меня раздражала. Особенно когда мама начала ко мне цепляться. Не ходи туда, не дружи с теми, не носи то… Я имею в виду, когда она в принципе вспоминала о нашем существовании, доставалось только мне. Конечно, ты не была виновата. Но я тогда этого не понимала. Она еще постоянно твердила, мол, а вот с Андреа нет проблем, она вся такая идеальная. Ах, мама… Мой психолог благодаря ей ездит в отпуск четыре раза в год.