Я тебя сломаю - Анастасия Князева Страница 77

Дана резко вскидывает голову, ее глаза расширяются от удивления, а на губах появляется тонкая усмешка.

— Ты шутишь, Мирный? — старается придать своему голосу непринужденность. Но я вижу, как в ее глазах мелькает искра паники. — Если это шутка, то мне не смешно.

— Нет, Дана, — отвечаю я, и мой голос становится жестче. — Я не шучу. Я серьезен.

Она молчит, пристально глядя на меня. В ее глазах постепенно угасает надежда, сменяясь разочарованием и гневом.

— Ты меня бросаешь? — спрашивает она, и в ее голосе появляется металл. — После всего, что между нами было?

— Дана, — вздыхаю я. — Ты же знаком, что не было. Ничего не было. Кроме игры, кроме страсти. Это была просто связь. Связь, которая себя исчерпала. Нам было хорошо — не спорю. Но пора двигаться дальше.

— У тебя кто-то есть? Ты поэтому меня бросаешь?

Улавливаю в ее тоне истеричные нотки и чертыхаюсь. Мысленно.

— Это не важно. Я тебе доверяю, Дана. Ты прекрасный специалист. Но я пойму, если ты захочешь уйти. Держать не буду.

Она медленно встает. Держится. Вскидывает подбородок. Но губы все равно дрожат, выдавая.

Совесть неприятно колет в груди. Затыкаю ее грубо. Запихиваю обратно. Так будет лучше. Для всех.

— Я поняла. Спасибо за честность. За все. По поводу работы, — замолкает, видимо не справляясь с эмоциями. — Я подумаю.

Разворачивается и выходит, осторожно прикрывая дверь.

Я возвращаюсь за стол. Ухожу в работу, чтобы хоть как-то разгрузиться.

Не замечаю, как темнеет. Сжимаю переносицу пальцами и кошусь на очередную порцию кофе. Не хочу. Больше не лезет в меня ничего. Нужно отдохнуть, но сначала дождаться новостей от Рустама. Только друг не спешит мне звонить.

Беру телефон и нахожу номер безопасника, но не успеваю нажать на вызов, как слышу в приемной переполох. Приближающиеся шаги. Рустам врывается в кабинет. В распахнутом пальто. Глаза горят. А в руке толстая папка.

Он проходит вперед и падает в кресло напротив, вытягивая ноги.

— Что там? — спрашиваю без предисловий. Нервы и так на пределе. Держусь на морально-волевых.

— Нашел, — сухо отзывается он и бросает на стол папку. — Запутанно, конечно, но я-таки докопался до истины.

Открываю папку. Документы разных лет предстают перед глазами. Ксерокопии, оригиналы, фотографии. Перебираю, вчитываясь в каждый из них.

— В общем, история у нас длинная, тянет на детективный роман. Если вкратце, то все началось с развода, — выуживает из стопки ксерокопию свидетельства и протягивает мне.

Смирнов Леонид Аркадьевич — отец Арины. Мать — Смирнова Галина Николаевна. Пока все понятно.

— И? Что в этом такого?

— А вот, что, — передо мной ложится другой документ. Выцветший. Пожелтевший от времени. Отказная от ребенка. — Сразу после развода Галина отказывается от прав на дочь — Смирнову А.Л. Опека переходит к отцу.

— Это мы и так знали, — неприятно морщусь, но все же отмечаю у себя в голове. Как ей жилось, зная, что мать ее буквально бросила? Выкинула из своей жизни…

— Знали, — кивает Рустам. — Но вот в чем загвоздка — отказная эта не на Арину!

Что, блять?!

— Не знаю, как там постарался или вышло случайно, но в архивах почти ничего не сохранилось. Никаких сведений об этой семье. И особенное — о детях.

Слушаю, стиснув зубы так, что желваки проступают. Чувствую, подстава уже рядом.