Развод. Больше не люби меня - Даша Черничная Страница 8

Глава 5

Саша

Я ему так и говорю:

— Ну и скотина же ты, любимый.

Костя кривится.

— Называй как хочешь. Заслужил, знаю.

— О, ты так щедр! — кладу руку на грудь, изображая сердечную благодарность.

— Прекрати паясничать! — рявкает на меня и переводит дыхание, пытаясь говорить спокойнее. — Я мужчина, Саша, понимаешь? По своей природе мы полигамны. У льва вообще прайд львиц.

— Вот только ты не лев, а козел.

Тяжелый вздох.

— Жизнь проходит, Саша, — произносит он мрачно. — У меня половина головы седая. Артириты, простатиты, а у меня кроме тебя, можно сказать, и не было никого. Мне захотелось попробовать что-то новое. Еще когда я начинал интрижку с Никой, знал, что это на месяц-два, не больше. Развеюсь, и все вернется на круги своя. Ты не узнаешь, и у нас все будет по-старому, как раньше.

— Как раньше, — смакую эти два слова, пробую их на вкус, понимая, что ничего, кроме тухлятины, не чувствую. — Ты ей в любви признавался, Костя.

— Слушай, она юная и наивная, — отвечает раздраженно. — Для них, молодых, эти слова означают не то же, что, например, для тебя.

Например, для меня, старой и дряхлой, — читается подтекст.

— Я ляпнул раз, Ника прицепилась к этим словам. Я ей их выдавал по требованию, чтобы раскрутить быстрее. Но никакой любви в классическом понимании нет, Сашка. Ну трахнулся я пару раз с ней. В ресторан сводил. Все, Саш! Развеялся — и на этом конец.

Киваю.

Мило.

— Кость, давай так: я тоже схожу, развеюсь с кем-нибудь?

Дергаю бровями, а у мужа глаза наливаются красным.

— Найду себе молодого, сильного. Сейчас милф любят. Ты ведь в курсе, что я милфа? — бо-о-оже, я бы хотела запечатлеть охреневшее лицо мужа и поставить его на заставку телефона. — А что, я вполне еще ничего. Даже целлюлита нет!

Вскакиваю на ноги и выставляю бедро. Муж опускает взгляд на разрез.

— Вот, смотри! Я, что ли, зря в зале упахиваюсь и калории считаю? Да и в остальном я ухожена, найдется свой ценитель, — одергиваю подол.

Ноздри мужа раздуваются, того и гляди из них полыхнет огонь.

— Знаешь, что у полигамии нет полового признака? А в мире вообще есть страны, где у женщин по несколько мужей. А что, трахнусь с молоденьким, он меня прокатит на каруселях оргазмов, а потом я непременно вернусь в семью и скажу тебе: «Мне просто захотелось попробовать что-то новое, и вот теперь у нас все будет по-старому, как раньше!» А? Нравится тебе, Кость?

Я никогда в жизни не пошла бы на измену. Но смотреть на этот цирк нет сил. Пусть и он посмотрит на происходящее с другой стороны. У него все так легко и просто, как два пальца об асфальт.

— Ты что несешь такое?! Что за мысли? Убью! — рявкает на меня.

— О как! Тебе, значит, можно, а мне нет? Где же равноправие и демократия, Костя?

Он игнорирует мой вопрос.

— Если ты хотела ударить меня побольнее, у тебя получилось, — цедит зло.

— Если бы я хотела ударить тебя побольнее, я бы пошла и сделала то, о чем сказала.

Тупик.

Падаю обратно в кресло.

— Саша, давай так: мы перелистываем эту страницу и двигаемся дальше, как семья, каковой мы и являемся. Крепкая, сильная. Мы столько всего пережили вместе, Саш! Вспомни, через что мы прошли, чтобы достичь того, что имеем.