Единственная любовь бандита - Юлия Герман Страница 85

Но глядя на лицо свекрови, я понимаю, что ее беспокоит не столько факт моего выживания, сколько то, что я нахожусь под крышей ее дома.

— Мама, вы теперь живете в другом месте.

— Я с этой… – она краснеет, собираясь сказать какую-то гадость, но, видимо, воспитание не позволяет, – не собираюсь жить вместе! Она мне не рада!

А мне становится смешно. Потому что этой женщине никто не способен угодить. Если ко мне были претензии сначала по поводу веры и принадлежности к их культуре, то к новой жене сына не должно быть таких вопросов. Тогда в чем же проблема?

— Мама, – произносит Аслан сурово. – Сейчас не время для капризов. Поезжайте обратно. Юнона пережила тяжелую травму. Ей нужен покой.

— Покой? – фыркает Сана Давыдовна, ее глаза сверкают ядовитым блеском. – А моему покою кто уделит внимание? Ты поселил в нашем доме покойницу! Что скажут люди? Что скажет Камилла? Она же твоя законная жена, носит твоего ребенка!

— Камилла знает свое место, – холодно отвечает Аслан. – И вы тоже должны его знать. Я позабочусь о том, чтобы вам было комфортно в новом доме. А здесь живет моя первая супруга. Таково мое решение.

— Твое решение погубит тебя! – голос свекрови дрожит от ярости. – Она принесла тебе только несчастье! Посмотри на нее! Что в ней такого, ради чего ты готов снова все разрушить? Что за напасть такая?! А я еще поразилась, с чего вдруг ты переселил меня в новый дом.

Я больше не слушаю, поднимаюсь выше и вжимаюсь в стену, стараясь стать невидимкой. Каждое слово свекрови как удар хлыстом. Она права. Я несу несчастье. Я разрушила жизнь Ареса, а теперь разрушаю жизнь Аслана. Меня нет в живых. Я – призрак, который тянет за собой в могилу всех, кто оказывается рядом.

— Довольно! – Аслан повышает голос, и в его тоне звучит та самая сталь, которая пугает. – Вы покинете этот дом. Сейчас же. Рамиль, проводите мою мать.

— А она что? Так и не поздоровается? Или и вправду притащил домой призрак первой жены? – взвизгивает мать Аслана.

Я делаю глубокий вдох и выхожу из укрытия, встав на вершине лестничной площадки, смотря прямо в глаза Сане Давыдовне.

— Всего доброго, – говорю холодно.

Из темноты коридора появляется охранник. Свекровь бросает на меня последний, полный ненависти взгляд, разворачивается и, громко стуча каблуками, уходит. Ее фигура растворяется в полумраке, а звук шагов постепенно затихает.

В холле воцаряется тягостная тишина. Аслан проводит рукой по лицу и поворачивается ко мне.

— Прости, – говорит он тихо. – Она не должна была здесь оказаться. Не должна была закатывать сцен.

— Почему? – мой голос звучит глухо. – Она права. Я – призрак. Меня не существует. Ты пытаешься оживить мертвеца, Аслан. Это безумие.

Его выражение лица мгновенно меняется, и в глазах вспыхивает знакомый огонь одержимости.

— Ты жива! Ты дышишь, ты стоишь передо мной, и это самое главное! И я заставлю тебя жить! Заставлю забыть его! Заставлю полюбить меня!

Он взлетает по ступенькам ко мне, но я отступаю, натыкаясь на стену. Отступать больше некуда.

— Не подходи, – шепчу я. – Я тебя предупредила.

— Что ты сделаешь, Нона? – он усмехается, но в его усмешке нет веселья. – Поцарапаешь меня? Убежишь? Куда? Мир думает, что ты мертва. У тебя нет ни паспорта, ни денег, ни друзей. Только я. Твой муж. Твой спаситель.