Одержимость Тамерлана - Элена Макнамара,Яра Северная Страница 9

Слышу шаги. Тяжёлые, уверенные. Он выходит из соседней комнаты, и я снова ловлю себя на том, что смотрю слишком откровенно.

Он переоделся. Белая рубашка, накрахмаленная, с закатанными до локтей рукавами. Чёрные брюки, облегающие мускулистые бёдра. Волосы влажные, слегка взьерошенные — только что из душа.

Он замечает меня, и взгляд скользит с головы до ног. Задерживается на секунду дольше, чем нужно. В глазах вспыхивает что-то, что заставляет моё сердце пропустить удар.

Отдохнула? — спрашивает он, подходя.

Да, — киваю я, отводя взгляд. — Спасибо. Комната очень удобная.

— Хорошо, — он останавливается рядом, и я чувствую его тепло, его присутствие всем телом.

Познакомься с отцом официально. Отец, это Валерия. Юрист из Москвы. Будет работать с Магомедом над контрактом.

Абдул кивает.

Садись, говорит он, указывая на место справа от себя. — Будем ужинать.

Сажусь на указанное место. Тамерлан садится напротив, и я чувствую его взгляд на себе, хотя не поднимаю глаз.

Патимат начинает накладывать еду. На мою тарелку отправляется гора плова, три куска шашлыка, овощи, хлеб. Я смотрю на всё это и понимаю, что не съем и половины.

Спасибо, но это слишком много, — пытаюсь я возразить.

— Много? — Патимат смотрит на меня с искренним недоумением. — Это нормальная порция!

Ешь, ешь, не стесняйся!

Но я правда не съем столько...

Почему не съешь? Что, не вкусно? — в её голосе появляются обиженные нотки.

Нет-нет, я уверена, что очень вкусно! Просто я не привыкла к таким большим порциям, в Москве...

В Москве, — перебивает она, качая головой, одним кофе питаются, небось? По три

зёрнышка на обед? Посмотри на себя — кожа да кости! Мужчине такую и в руки взять страшно, сломается!

Я чувствую, как краска заливает щёки. Тамерлан негромко усмехается, и я бросаю на него быстрый взгляд. Он смотрит на меня с откровенной насмешкой.

— Не спорь, — говорит он тихо, наклоняясь через стол.

— Всё равно проиграешь. Мама сила природы. Против неё не устоишь.

Абдул произносит что-то на местном языке — благословение, решаю я. Потом берёт хлеб, отламывает кусок, макает в соус, отправляет в рот. Это сигнал — можно есть.

Беру вилку, пробую плов. И... Господи. Это невероятно. Рис рассыпчатый, пропитанный специями, с кусочками мяса, которое тает во рту. Морковь сладкая, с лёгкой остротой. Я жую, закрываю глаза, наслаждаясь вкусом.

Вкусно? — спрашивает Патимат с надеждой.

— Очень, — признаюсь я честно. — Это лучший плов, который я пробовала.

Она расцветает.

— Ешь, ешь больше! Вот шашлык попробуй, я сама мариновала!

Ужин длится вечность. Едим, разговариваем — вернее, Патимат и Абдул разговаривают, задают мне вопросы. Откуда я, сколько лет, чем занимаюсь, есть ли семья. Я отвечаю, стараясь быть вежливой, но чувствую себя на допросе.

Тамерлан молчит большую часть времени. Ест неторопливо, размеренно. Иногда бросает на меня взгляды, которые я ловлю краем глаза.

Когда ужин наконец заканчивается, мужчины встают из-за стола.

— Пойдём на веранду, — говорит Абдул сыну. — Кальян покурим.

Тамерлан кивает, следует за отцом.

А Патимат хватает меня за руку.

Пойдём, посуду помоем! Что? — я растерянно смотрю на неё. — Но у вас же есть посудомойка...

Есть, — соглашается она. — Но я люблю руками. Так душевнее. Пойдём, поговорим,