Твое сердце – лед - Аманда Вин Страница 96

Теперь все будет по-другому. Я так решила. Конечно, впереди еще много работы и, скорее всего, проблемы со спиной у меня – на всю жизнь. И про «большой спорт» уже точно известно – мне туда нельзя возвращаться.

Меня это совершенно не расстраивает.

Хотя Максим думает, что я собираюсь вернуться. Я продолжаю его так злить.

Каждый день говорю ему, что я ещё получу олимпийское золото и что без этого не смогу жить. Вижу, как его глаза становятся при этом грустными. Сама не знаю, зачем я так с ним поступаю. Откуда во мне столько злости? Характер испортился в этих вечных больницах, срываюсь на самом близком человеке. А может, я просто хочу посмотреть на его реакцию: если любит, значит, примет любой мой выбор?

Сегодня я вижу, как Максим радуется вместе со мной моим успехам: я прошла длинную дистанцию без поддержки. Он меня сразу обнимает и целует. А еще мы первый раз занимаемся любовью за все это время. В его квартире, которую он снимает в Германии. Она находится на втором этаже, и он несет меня весь путь на руках…

На самом деле он и раньше пытался ко мне приставать… Но я его всегда отталкивала, говорила, что он совсем ненормальный, раз думает о таком со мной! А сегодня все случилось. Он был очень нежным и внимательным, но с другой стороны, он еле сдерживался… Я прямо чувствовала, как долго он ждал и терпел и сколько в нем нерастраченной любви.

После я почувствовала себя так хорошо. Такой наполненной… что сразу же пожалела, что отказывала ему раньше. Это вылечило бы побыстрее всякой реабилитации.

Максим крепко меня обнимает, я поворачиваюсь и смотрю в родные глаза, говорю то, что давно должна была ему сказать:

— Это неправда про спорт. Не хочу туда больше возвращаться, мне все это не нужно стало. Тошно. Столько сил вложено… Не жалею, просто считаю, что всего добилась и больше не хочу. Может быть, правда, я получила травму, потому что ненавидела лёд в тот день… и он так мне отплатил. Спорт не прощает ошибок.

— Виноват только твой тренер, но никак не ты. И зря ты до сих пор не рассказала про нее журналистам, – злится Максим и еще сильнее обнимает меня, как будто я могу от него убежать сейчас.

— Да, тренер тоже виноват, заставила меня выступать, когда можно было сидеть в номере. Жутко все это, не хочется вспоминать…

— Найдём тебе другую профессию по душе, – успокаивает Макс, я слышу в его голосе радость.

— А твоё предложение ещё в силе? – спрашиваю я. Хотя знаю, что в силе, он ведь делал его уже пять раз…

Максим улыбается, наклоняется и снова целует меня, говорит:

— Так и знал, что ты согласишься, моя самая любимая чемпионка.