Малинур. Часть 1 - Андрей Савин Страница 160

Старик задумался, явно пребывая в смятении.

— Смотри, – почуяв его неуверенность, произнёс Птолемей, – ты мудрый старец и в моём лице можешь найти защитника себе и твоим единоверцам. – Он отстегнул наплечную лямку, откинул панцирь, и золотой фаравахар на груди вспыхнул в лучах весеннего солнца. – Мне не чужда вера Зороастра, я жажду познать его откровения. Истинные откровения Авесты, а не чушь про ритуальные жертвоприношения и знания о правильном времени для стрижки волос.

Собеседник прищурился, разглядывая вышивку, после чего серьёзно посмотрел в глаза стратегу:

— Ты оказался добр к нам, но царь Азии славится вероломством. Здесь горный край, однако ветер по ущельям вмиг разносит слухи, и нам уже известно, что, приняв очередного бога, он окончательно отдался власти Мары – духа лжи. Властитель спит крепче, чем опившийся хаомы глупец, принимающий хмельные видения за ангелов. Такому не нужно духовных прозрений, ведь Авеста – это источник истины, а Мара – отец лжи… Второй экземпляр писания действительно есть, но зачем он тебе, если у вас уже имеется один? А что касается возможности его прочесть, то знатока нужно искать у Бесса или в Мароканде – столице Согдианы.

Птолемей почувствовал негодование оттого, что Александр действительно становится заложником своих страстей, не понимая пагубности последствий. Но ещё больше его зацепил повторный за день нелестный отзыв о царе. Причём ему – ближайшему сподвижнику, и от кого? От людей, царь для которых должен быть приравнен к богу. И оба раза он не выказал убийственного гнева. Почему? Да потому что и солдат, и старый дед были правы в своих словах. И как бы он ни любил по-братски царя, от грубой кары смельчаку военачальник отказался и в этот раз.

— Будь осторожней в мыслях, что произносишь вслух. – Стратег сурово посмотрел на старика. – Лишь твой почтенный возраст, отсутствие свидетелей и полезная беседа уберегли тебя от перемены моей воли. Не смей прилюдно впредь так говорить об Александре Македонском: теперь он царь твой. Ты обязан уважать и покоряться, если хоть немного дорожишь своей никчёмной жизнью.

Собеседник снял чалму и покаянно склонил голову.

— Где может быть вторая Авеста? – Птолемей опять задал прежний вопрос, уже не обращая внимания на то, что его версия про первый экземпляр трещит по швам.

— Клянусь, мне лишь известно, что она точно есть. Хотя где ей быть, кроме как рядом с Бактрами или Марокандом? Там ведь живут знатоки, способные прочесть её.

— А местные зардушты? Из них, быть может, кто-то знает больше?

— Не все они знают о том, что их пророк когда-то здесь родился, а ты говоришь про место схрона его книги… – Старик испуганно посмотрел на военачальника.

— Тогда ответь: знакомы ли тебе такие имена вельмож из окружения Дария и Бесса, как Валтасар, Каспер и Мельхиор? Один из них был точно приближённым Бесса, а он три месяца назад прошёл через Бамианскую долину. Это доподлинно известно.

Собеседник даже вздрогнул, услышав имена правителей.

— Да, – тихо вымолвил он. – Со мной общался Мельхиор, который в начале зимы при штабе Бесса проследовал в Бактры. Он дастур всей провинции и нескольких высокогорных княжеств Па-и-михра, добраться безопасно до которых могут разве что птицы.

— Что это за княжества и где они находятся? – нетерпеливо уточнил Птолемей.