Ромео и Джульетта на книжной улице - Поппи Александер Страница 19

Тетя вопросительно приподняла бровь, и Джулс выдавила слабую улыбку.

— Все нормально, – сказала она. – Просто думаю… надо дать им отпор.

— Конечно, – начала Фло. – Видишь ли, девочка… я не то чтобы сдаюсь…

— И правильно, что не сдаешься, – перебила ее Джулс. – Только через мой труп.

— Вернее, через мой, – непринужденно поправила ее Фло. – Я хочу сказать, что мы должны руководствоваться здравым смыслом и не позволять старой вражде влиять на коммерческие решения.

Джулс не слушала.

— Зачем он открыл именно книжный магазин? – в сотый раз за день воскликнула она. – Это наглая провокация… Объявление войны!

— Знаю, – мягко ответила Фло. – Но у моего магазина и так дела идут неважно. Даже если смертельный удар нанесут Монтбо… нельзя их винить. Дни «Книг Капельторнов» все равно сочтены. Нам не хватает финансирования. Нужны новые системы, капитальный ремонт, персонал…

— Мне нравится так, как есть, – возразила Джулс. – Я не хочу, чтобы магазин менялся.

— Увы, многие покупатели с тобой не согласятся, – грустно улыбнулась Фло. – Ничего не поделаешь, все когда-нибудь кончается.

— А если нет? – упрямо сказала Джулс. – Мне некуда идти: работу я потеряла. Я все равно здесь и не позволю этому негодяю одержать победу.

Фло устало кивнула. Джулс напомнила себе, что тетя уже немолода, и добавила мягче:

— Я просто хочу помочь. Еще не все потеряно.

Она понимала, что, несмотря на увольнение, рано или поздно придется вернуться в Лондон и искать работу, и эта мысль приводила ее в уныние. Бывшая начальница имела привычку портить карьеру тем, кто ей не угодил.

Они помолчали, потягивая шоколад, задумавшись каждая о своем.

— Расскажи мне о вражде между Монтбо и Капельторнами, – попросила Джулс. – С чего все началось? Ну, я-то знаю, почему я…

Тетушка Фло вздохнула и устроилась поудобнее, вызвав недовольство Мерлина, лежавшего у нее на коленях. Она погладила кота и начала рассказ:

— Наши семьи живут в этих краях уже не одно столетие, – сказала она. – Обе принадлежали к местной аристократии, хотя многие утверждают, что к началу XIX века Капельторны пользовались куда большим уважением. Говорят, к ним благоволил сам принц-регент. Фактически, XIX век можно считать расцветом нашего рода. Однако, несмотря на знатность, Капельторны так никогда и не достигли уровня богатства, которым могли похвастаться Монтбо. Впрочем, поначалу семьи дружили. Трещина образовалась более двухсот лет назад, в 1814-м году. Эдвард Капельторн, первенец и наследник, ухаживал за Люсиндой – старшей дочерью графа Хейвенбери, владельца Мидлмасс-холла. Союз одобряли оба почтенных семейства, и со дня на день должны были объявить о помолвке, как вдруг под самое Рождество вернулся с Наполеоновских войн старый школьный товарищ Эдварда – Трой Монтбо. Сражался он с честью.

И вот на горизонте появляется настоящий герой: храбрый, ослепительно красивый… и дает понять, что тоже влюблен в Люсинду. Естественно, Эдвард почувствовал себя преданным и не увидел в столь ясно выраженных намерениях ничего, кроме покушения на честь и репутацию прекрасной Люсинды. Сгоряча и к ужасу своей матери, он вызвал Троя Монтбо на дуэль, которая и состоялась на рассвете.

Тетушка Фло задумчиво уставилась в стену над головой племянницы.

— И что случилось? – нетерпеливо спросила Джулс, полностью поглощенная рассказом.